Молчи обо мне

Я вызову такси, выйду без цветов, и ни один счастливый мужчина не обнимет меня, целуя нежно и жарко, нашептывая, как он счастлив.

Но я хочу всего этого. Внезапно так остро осознаю, что мне необходима толика простого глупого женского счастья, что мечусь в четырех стенах, пытаясь занять себя хоть чем-нибудь, лишь бы не думать о своей ущербности. И все время говорю, говорю и говорю с Хельгом, потому что в моей красивой устроенной жизни больше совсем никого нет.

Но я уже не плачу.

Потому что высохла, как старое дерево.

Мой сын появляется на свет тринадцатого декабря, в ночь с пятницы на субботу, спустя почти сутки мучений, когда я настолько вымотана, что едва нахожу силы тужиться.

Но все это уже не имеет значения, потому что я забываю обо всем на свете, стоит взять его на руки. У крохотного крикливого комочка абсолютно папино лицо, хоть опытный акушерки посмеиваются над моим заявлением, наперебой рассказывая, что через неделю он станет похож на деда, а через год — на меня.

Я сама надеваю на Хельга смешную желтую шапочку и комбинезон с принтом из погремушек и практически не спускаю с рук.

Я сама кормлю его из бутылочки и долгими ночами потихоньку укачиваю, когда мой маленький вредина отказывается спать.

Мы смотрим друг на друга, обмениваясь немыми посланиями, и во мне нет ни капли усталости. Только одна безграничная любовь, которую все это время мне не на кого было тратить.

У нас все хорошо — так говорит врач."

"Я отправляю фотографии сына его тетке, и Тася пишет, что привезет племеннику кокос, размером с его голову. И добавляет, что «маленький засранец» похож на «большого засранца».

Впервые за долгое время я открываю свой инстаграм и выкладываю фотографию, где Хельг крепко сжимает ладошку вокруг моего пальца.

Я глупо и наивно верю в чудо.

В то, что именно сегодня Артем вспомнит обо мне, заглянет на мою страницу, увидит мой немой вопль, и у меня, как у Золушки, будет своя карета, шарики и цветы. И мужчина, который обнимет меня до хруста косточек, скажет, что хочет все начать сначала и заберет нас в общее будущее.

Наверное, поэтому я до последнего тяну время перед выпиской.

Как последняя дура то и дело бросаюсь к окну, проверяю страницу, где несколько десятков поздравлений, и ни одного сообщения от него.

У Артема не было своей страницы, но он частенько заглядывал ко мне просто так, особенно когда я писала всякие глупости о нашем совместном отдыхе. Однажды сказал, что всегда будет «наблюдать за мной», потому что я особенная. И именно сейчас мне до зубной боли хочется видеть скрытое пророчество судьбы в тех его словах.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Но чуда не случается.

Я вызываю такси и спускаюсь вниз, когда оператор перезванивает, чтобы сообщить — машина прибыла.