Другая правда. Том 1

"

"Катя еще раз перечитала письмо, стараясь справиться с дрожью. Наличие двух старших сестер для нее никогда не было секретом. И финансовая помощь обеим бывшим женам тоже обсуждалась в семье открыто. Первой жене и дочери Людмиле отец высылал алименты до совершеннолетия девочки, второй жене и дочери Юле помогал ровно до тех пор, пока «вторая бывшая» не вступила в новый брак с кем-то достаточно состоятельным, чтобы она официально отказалась от алиментов. Ничего нового Катя из письма не узнала. Почему же ее так трясет?

Вот оно, это место, от которого чернеет в глазах: «…ему пришлось отказать твоему мужу».

Дядя Дима, Дмитрий Алексеевич, многолетний помощник отца. Или не помощник? Правая рука? В общем кто-то, кто всегда рядом и помогает в сложных вопросах. Что значит «пришлось отказать твоему мужу»? Неужели Славик… За ее спиной. Втихаря. Зная, твердо зная, что она ни за что не согласится на такой шаг и не одобрит его. Всё знал, всё понимал и всё-таки сделал. Господи, зачем?!

Нужно немедленно поговорить с ним. Позвонить и спросить. О чем спросить? О том, что ей теперь и без того известно? А какой в этом смысл? Славик либо признается, либо будет врать и отпираться. Без вариантов. Толку-то в этих разговорах… Нет, поговорить все-таки нужно, обязательно нужно. Катя посмотрела на часы: в ближайшее время не получится, муж на занятиях в институте. Потом побежит на подработку. Отложить до вечера? Но он придет совершенно без сил, вымотанный, голодный и уставший, да и дети будут рядом, комната всего одна, никуда не спрячешься.

Ей хотелось кричать, бить маленькими кулачками в грудь мужа, выплеснуть на него всю обиду и негодование. Как он мог? Ну как?!

И впервые за двадцать три года жизни Катя Волохина вдруг поняла, что ей не с кем поговорить. У нее нет задушевных подружек, которым можно было бы немедленно позвонить и излить свои эмоции. Подружек, собственно говоря, никогда и не было, ведь Катю все считали странной. Девочки-ровесницы сторонились ее, мальчиков не привлекала ее внешность, да и самой Кате никто из них не был особо нужен. Все, что казалось ей важным, можно было обсудить с последней гувернанткой, но вообще-то обсуждать Катя не очень-то любила, росла молчуньей, а щебетать и ворковать начинала только с детками. Вот с ними она могла проводить время и общаться бесконечно, отдавать им все душевное тепло, всю любовь и радостно видеть, как рядом с ней больные малыши успокаиваются, перестают плакать, капризничать и бояться, начинают улыбаться и засыпают. До встречи со Славиком и скандала с отцом в Катиной жизни не происходило ничего такого, что требовало бы незамедлительного обсуждения с подругами.