Другая правда. Том 1

Спустя месяц, в конце ноября, появляется жалоба по поводу пропажи реликвий. До февраля идет переписка по этим жалобам, потом про реликвии почему-то забывают, и начинаются жалобы с обвинениями следователей в черном риелторстве и кабинетном разврате. О чем это говорит?

— О том, что Сокольников пытается доказать свою невиновность, но следователи его не слышат, гнут свою линию, потому что им это выгодно, они кого-то покрывают. Он хочет привлечь внимание к недобросовестности самих следователей, чтобы их проверили и сняли с дела, он надеется, что новые следователи окажутся более честными и добросовестными.

— Хорошая попытка, — улыбнулась Настя. — И кого же они покрывают?

— Как — кого? Того, кто совершил убийство на самом деле.

— То есть они знают, кто убийца?

— Наверняка, — твердо ответил Петр.

В его голосе было столько убежденности, что Настя даже восхитилась. Вот бы ей научиться быть такой уверенной в собственных выводах.

— Откуда они это знают? — продолжала она импровизированный экзамен, больше, правда, похожий на допрос.

— Это их знакомый какой-нибудь. Или знакомый знакомого, которого им выгодно крышевать. Или они его совсем не знают, но получили хорошие деньги. Ну, вы понимаете, о чем я.

— Понимаю, — согласилась она. — А Сокольников откуда знает, кто убийца?

— Он и не знает, — чуть удивленно ответил Петр. — Он знает только, что сам не убивал.

— Просто супер, — констатировала Настя. — Тогда с какого бодуна он пошел в милицию с повинной? Придумайте историю, в которую укладывались бы все эти факты.

И не забывайте во-он туда посматривать.

Она ткнула концом ручки в том направлении, где красовался листок с цитатой из Кэрола.

Петр удрученно молчал. Концы с концами явно не сходились. Если следователи — плохие ребята и замазаны по уши, то явка с повинной не вписывалась никаким боком. Если же они работали нормально и добросовестно, в меру своих способностей, то поведение Сокольникова не поддается логическому объяснению. Он виновен, он признался, но при этом сначала не смог указать место захоронения, а потом вдруг смог.

Логика должна быть. Хоть какая-нибудь. Пусть ущербная, пусть больная, но всегда внутренне стройная.

— Стационарная судебно-психиатрическая экспертиза проводилась? — быстро спросила она.

— Да.

— Где она?

Петр пробежал глазами по своим записям.

— Второй том, в середине, файлы с ноль двадцать девятого по ноль тридцать седьмой.

Настя сделала пометку в блокноте. Господи, чем она занимается? Вот уж воистину пустая трата времени.