Можно я побуду счастливой?

Для нас это прежде всего лентяйка. А для них – красивая, ухоженная и культурная женщина. Ну а Даниэль для них «бантик». То есть сын барыни. «Бантик» – это хорошенький, упитанный и воспитанный мальчик. Оба этих слова – большие комплименты. Сыночек мой ходил в школу через лес, километра за три. Зимой – на лыжах, один.

И вот раннее утро. Даниэль отправился к учительнице, Лидии Михайловне Любимовой. А в мое окно постучали. Выглянув, увидела троих заросших мужиков в тулупах и валенках.

– Барыня! – кричали они. – Мальчонку-то попридержи! Бантика своего! В школу его не пущай!

– А что случилось? – спрашиваю.

– Да попридержи, говорим, пока волков не отстрелим! Уже вышли, клыкастые! Попридержи!

Я бросилась из дома, едва успевая нацепить тулуп на ночную сорочку и влезть в валенки. Бежала по лесу и орала во все горло. Добежала до учительницы, ворвалась в избу – вижу, мой любимый бантик сидит за столом и пьет чай. А добрейшая Лидия Михайловна достает из печки горячие пироги.

Но – вот некоторые странности деревенской жизни меня потрясали.

Хочу купить в деревне яйца, обращаюсь к крестьянам и слышу отказ:

– Яиц, барыня, нет!

– Как нет? – не понимаю я. – Куры есть, а яиц нет?

– Не несут."

"Мой опыт ведения сельского хозяйства уже был огромен. Помню французских наседок, красавиц, у каждой на лапке цветное колечко – возраст. Я знаю, что курица хорошо несется в первые пару лет – года два-три, но не больше. Потом больше ест, желудок у нее растягивается, яиц она несет все меньше и меньше, мясо ее становится жестким и жилистым, и потому их жизненный путь, увы, имеет определенный предел. Два-три года – и все. Понимаю – нет у нас знаний, нет культуры сельского хозяйства. Есть опыт, а всего остального нет! Мы по-прежнему изобретаем велосипед – вернее, пытаемся. Все помнят историю с кабачками и огурцами – где в советские времена мы видели маленькие кабачки? А крошечные огурчики? Кабачки выращивались до размера именно кабанов. А огурцы – до размера приличного кабачка. В больших кабачках была дубовая шкура, огромные семечки и рыхлое, невкусное «мясо».

Я поехала на птицефабрику в Шую, купила триста пятьдесят цыплят. Раздала всем по десятку, а себе оставила семьдесят пять.

Я помню, как растили цыплят у бабушки Оли на Кавказе, как растили цыплят французские фермеры. Все очень просто – в теплом курятнике делается дверца, чтобы куры могли выходить на свободу. С другой стороны сооружается пространство – ячеечное, сетчатое – для прогулки цыплят. Почему сетка мелкая и ячеистая? Да для того, чтобы цыпленок не мог в ней застрять. Ведь он прыгает за мухами и комарами! Но этого мало – сверху, над курятником, вешается рыболовная сеть покрупнее, чтобы птицы – галки, сороки, коршуны – не могли утащить молодняк.