Музейный экспонат
Старые пушки, произведённые в начале прошлого века… Допотопная башенная батарея, несправедливо занимающая место, пригодное для строительства фешенебельного отеля… Но именно эти антикварные орудия внезапно оказываются единственным аргументом против громадного корабля, который невозможно поразить никаким современным вооружением. Топя на своём пути военные корабли США и России, объект «Наковальня» выходит на прямую наводку, чтобы обстреливать Севастополь. И шесть устаревших пушек принимают бой с неизвестно откуда взявшимся противником… И всё это — только первая ласточка, ведь происходящее выходит далеко за рамки этого одиночного сражения.
Но всем присутствующим показалось, что пол под ногами дрогнул — двести шестьдесят четыре килограмма пороха отправили в полет более тонны металла за раз.
На экране выросли два громадных столба воды. Неподалеку от борта — недолет.
Забормотал в микрофон Тяжельников — поправки диктовал.
— Принято! — откликнулся центр управления огнем.
— Башням номер один и два! Второе орудие — огонь!
— Накрытие, — подтвердил динамик.
Снаряды легли почти у бортов корабля, это было видно на экране.
— Так стрелять! Башням номер один и два! Третье орудие — огонь! — выкрикнул в микрофон командир батареи.
— Есть попадание! — наконец-то прорезались эмоции и у далекого оператора. — Один снаряд!
Радужная оболочка «Наковальни» замерцала с невероятной силой, объекту сильно не понравились такие вещи.
— Всем башням — зарядить орудия, ждать команды.
Пусть он только снимет свое поле… тут-то мы ему и врежем!
— Капитан, — тронул Хамраев за плечо командира. — Прикажи зарядить по одному стволу шрапнелью.
Шрапнель? На такой дистанции? По кому?
Но тут перед глазами встали рвущиеся в воздухе реактивные снаряды.
Кто там говорил про множественные попадания высокоскоростных осколков?
— Башня номер один — отставить бронебойные.
Удивленно кашлянул каперанг. Он пока не понимал, но не вмешивался.
Тотчас же откликнулся динамик.
— Капитан, поясните свое решение.
— Попробую сбить защиту или серьезно ее ослабить. Пусть «Гиацинты» бьют по моей команде.
Несколько секунд тишины.
— Всем орудиям — исполнять приказы командира башенной батареи. Переключаю вас, товарищ капитан, на канал управления огнем. Теперь вся ответственность на вас.
— Капитан, — поднялся на ноги старый артиллерист.
— Дмитрий Булатович, так полверсты же топать! Да и лет вам уже…
— Это мои пушки, капитан. Я там каждую заклепку знаю. Поверишь ли, до недавнего времени во сне их видел! Да этот изверг пока и не стреляет, спрятался. Могу успеть.
— А… — Но, поймав взгляд старого артиллериста, Никитин повернулся к дежурному по КП.
Бухнула, закрываясь, броневая дверь.
А «утюг» пока не стрелял.
Что там под радужной оболочкой происходило, никто не мог предположить. Но объект не остановился, продолжая неспешное смещение в сторону бухты. На экране сменялись цифры, показывающие координаты противника. Огня никто не открывал.
— Орудия заряжены, к стрельбе готовы! — пришел доклад из башен.
— Башня номер два! К вам направляется подполковник Хамраев.














