Муж в подарок

И если честно, мне это очень даже нравится.

— Знала бы ты как приятно это слышать и знать, — прошептал он и понес меня в ванную комнату.

— Что именно?

— Что ты ждешь меня. — Легко признался он, а я судорожно выдохнула и спрятала на его груди лицо.

Быть отстранённой не выходило вовсе. Хотелось зарыться руками в его волосы, гладить нежную кожу плеч, касаться щеки и дарить свои поцелуи. Хотелось! И держать себя в руках становилось труднее в разы, от его искренних признаний, действий, заботы и нежности… Я хотела отвечать на это тем же…

— Вот так, — останавливаясь в купальне, выдохнул Ант, — осторожно."

"Он поставил меня на ноги и придержал за талию. Я же старалась не смотреть на него, размышляла и останавливала себя. Могу ли я? Зная то, как открывается мне Ант? Сколько ночей рядом, сколько историй из его детства и жизни я выслушала, даже самое сокровенное, чего бы он не рассказал никому. А я…даже отплатить той же монетой не могу. И не потому, что не хочу, а потому, что понимаю, что для него долг не пустой звук, что подданные, которые от него зависят важны для него не меньше его жизни. Ант ответственный, а на его плечах покоится слишком многое, чтобы оно развеялось неосторожным словом женщины, в которую он влюблен.

И мне бы не хотелось ставить его перед выбором. Я не имею на это права. Как его равная, как его пара — не имею. Нам править людьми и эльфами, драконами и фэлроу. И если я дам слабину, пойму и его, и себя неверно то, заставлю его страдать, хотя уверена, что ни одной претензии он мне не выскажет.  Это подло. Но и промолчать нельзя. Ведь можно немного обойти, если Ант поверит.

— Дана, все хорошо? Ты снова побледнела, — внимательно глядя на меня, спросил Антарес. Я устыдилась.

— Все хорошо, почти, — честно ответила ему. — Скажи, Ант, ты ведь знаешь о равновесии? О том, что одни действия неизбежно приведут к противоположным для того, чтобы установилась золотая середина?

Я начинала издалека, надеясь, что он поймет о чем я говорю.

— Это как с добром и злом, — согласился он, — ни абсолютного зла, как и абсолютной доброты не существует. Наши действия всегда уравновешиваются.  И все способны на разные поступки. Но к чему ты об этом?

— Ты доверяешь мне, — я не спрашивала, я утверждала. — А я не в силах открыться тебе полостью.

— Обет богам, я помню, — тут же выпалил он. — Не стоит, Дана, я понимаю. Не нужно…

— Нет, послушай. — Я перебила его и наконец посмотрела прямо, больше не отводя взгляда от его глаз. — Помнишь, ты рассказывал, что твой отец однажды отбивался от тварей, прорвавшихся в этот мир? Тех, которые плевались кислотой, что в итоге, часть лесов на материке эльфов была уничтожена?

— Земля и сейчас едва в себя пришла.