Мужчина из моего прошлого

Вдруг он спит? А тут я со своим звонком потревожу.

— Привет, Белоснежка, — сегодня его голос намного лучше и бодрее.

— Привет, как ты?"

"— Нормально уже, оклемался. Как ты? Как Влад?

— У нас все хорошо, за тебя переживаем.

— Да у меня не сильное ранение, быстро заживет. Но еще несколько дней надо побыть в госпитале, а потом отпустят домой на больничный.

— Влад переживает, с кем Чарльз, пока ты болеешь.

Дима тепло смеется, и мне так приятно на душе становится от его смеха. Вчера я, конечно, натерпелась страху, что до сих пор глаз дергается.

— За Чарльзом присматривает мой сосед. У нас с ним договоренность: если меня нет, он смотрит за моей собакой. А я присматриваю за псом соседа, когда не бывает его.

— Ааа, ну тогда хорошо.

Возникает пауза. Хочу спросить у Димы, узнал ли он по поводу посетителей в госпитале, но вдруг отчего-то начинаю смущаться. Хотя мне очень хочется увидеть Диму и лично убедиться, что он в порядке.

— Ты вчера спрашивала, можно ли прийти в госпиталь… — первый начинает эту тему. В интонации слышится неуверенность, как будто тоже смущается. Хотя Соболев и смущение — это совершенно несовместимые вещи. — Или мне это приснилось?

— Не приснилось, — улыбаюсь в трубку. — Я хочу тебя навестить. Можно?

— Кхм, да, я узнал… Гостей пускают в будние дни с 14:00 до 16:00.

— Хорошо, тогда в понедельник в два часа приду.

Мы снова молчим. Почему-то щеки заливает краской. Как будто я снова школьница, а дерзкий новенький Дима Соболев пишет мне во ВКонтакте по поводу совместного проекта по культурологии.

— Я буду тебя ждать.

Мурашки по коже бегут от того, с каким чувством Дима это произносит. Наспех прощаюсь с ним, а то снова расплачусь.

Все выходные я только и живу мыслями о нашей встрече. Ловлю себя на том, что радуюсь, как дурочка. И да, я тоже соскучилась по Диме. Даже не пытаюсь скрывать это от себя.

В понедельник я приезжаю в госпиталь даже на пятнадцать минут раньше и жду, когда меня пропустят. Ровно в 14:00 дают пройти. Я поднимаюсь на этаж, который прислал в сообщении Дима, и ищу дверь с нужным номером. Одолев легкое волнение, стучу и захожу.

Дима лежит на ближайшей к двери кровати, смотрит в телефон. Переводит взгляд с экрана на меня и расплывается в счастливой улыбке. Помимо него здесь еще три пациента. Завидев меня, их оживленные голоса замолкают.

— Привет, — подхожу к Диме с пакетом фруктов. — Как ты? Лежи, не вставай!

Но Дима уже поднялся постели. Его левое плечо перевязано бинтом, рука на поддерживающем бандаже, как при переломе.

— Привет, Белоснежка, — едва слышно произносит и обнимает меня правой рукой.

Опускаю пакет и обвиваю его спину, прижимаюсь всем телом. Боже, как же я скучала, как же я боялась! Воспоминания о вечере пятницы нахлынули, в горле образовался тяжёлый ком.