Мужчина из моего прошлого

Как ни стараюсь соблюдать трезвую голову и не тонуть в любви, а не получается. Хотя мы по-прежнему не говорили о наших отношениях, а Дима не признавался мне в любви. Может, на самом деле это все и не значит ничего, но я даже думать о таком боюсь. Хотя в моей памяти еще свежи слова Соболева о том, что чувств ко мне не осталось и я ему не нужна.

Но несмотря ни на что, это самые счастливые дни в моей жизни с момента расставания с Димой семь лет назад. Я никогда так не парила, никогда так не горела. Сейчас кажется, что это не Дима умер семь лет назад, а я. И теперь рядом с Соболевым я воскресла."

"Наверное, в какой-то момент мы теряем бдительность, потому что на четвёртый день Влад начинает что-то подозревать. А я настолько влюблена, окрылена и счастлива, что даже не замечаю этого. Ребенок вдруг замыкается, не хочет больше собирать компьютер, играть с Чарльзом, делать математику. По отношению к Диме в момент становится невежливым. И ни с того ни с сего спрашивает, а когда мы поедем домой.

— Мы поедем домой попозже, дяде Диме продляют больничный еще на одну неделю. Как раз вы закончите с компьютером.

Мы пришли с поздней прогулки по лесу, на которой Влад смотрел на меня и Соболева, как на врагов народа. Ребенок поднялся в выделенную ему комнату и захлопнул дверь. Я сначала стучала и просила разрешение войти, а когда мне надоело, просто распахнула дверь. Влад сидит на собранном диване, скрестив руки, а глаза на мокром месте, от чего мое материнское сердце тут же облилось кровью.

— Я хочу домой, — требовательно произносит.

— Мы поедем домой, но попозже, — вкрадчиво повторяю.

Глядит на меня исподлобья.

— А когда вы с папой помиритесь? — неожиданно спрашивает.

Я аж теряю дар речи на несколько секунд. Мне казалось, я довольно ясно объяснила сыну, что мы с Игорем больше не вместе. Бывший муж со своей стороны сделал то же самое. И даже свекровь разъяснила Владу, что иногда так бывает: сначала папа и мама живут вместе, а потом не вместе, но это не значит, что ребенка меньше любят.

— Мы с папой и не ругались, — силюсь улыбнуться. — Просто мы больше не будем жить вместе. Но это не значит, что мы тебя не любим!

— Ты теперь будешь жить с дядей Димой?

Сердце ухает в пятки. Влад тяжело дышит, стараясь сдержать слезинки. В этот момент на пороге комнаты возникает Дима. Приваливается к дверному косяку и серьезно смотрит. Влад сидит к нему спиной, поэтому не видит. А вот меня словно парализует.

— Нет, не буду, — лепечу.

Ну а что еще сказать ребенку?

— А почему мы так много времени у дяди Димы? — сын не отступает с вопросами.

— Потому что вы собираете компьютер. Ты же хотел, разве нет?

— А что вы с ним делаете, когда я сплю?

Вот от этого вопроса я моментально краснею до корней волос.