Мужчина из моего прошлого

— Ну, я подумала, что нашему сексу можно придать немножко значения, — язвлю, а у самой коленки подрагивают.

— Хм, — наигранно задумывается. — Немножко значения… Ну… — тянет. — Ладно, — произносит так, будто делает мне одолжение. — Так уж и быть, давай придадим нашему сексу немножко значения, — серьезно кивает.

Опять стукаю его.

— Хватит издеваться надо мной, Соболев. Тебе смешно, а мне нет! Да, я сказала, что наш секс ничего не значит, но и ты говорил, что я тебе не нужна! А если я тебе не нужна, то зачем ты со мной спишь? Зачем это все? Я ведь тебе не нужна!

Меня прорвало. Вываливаю на Соболева все претензии, пока он не затыкает мне рот поцелуем. Властно вжимается в мои губы, сминает их, подчиняет себе. А у меня сердце замирает, когда вкус Димы попадает на рецепторы. Одновременно хочется стонать от удовольствия и плакать от обиды.

Дима троллит меня, ему смешно! А мне нет!

— Дурочка, — отрывается от губ и шепчет. — Неужели ты еще не поняла, как много значишь для меня? Всегда значила.

Дыхание перехватывает. Гляжу на Диму во все глаза и не верю услышанному. Он снова шутит? Или теперь серьезно?

— Любимая, — целует меня в висок. — Любимая. Самая любимая.

Замерла и не шевелюсь. Дима продолжает покрывать мое лицо невесомыми поцелуями. До бабочек и мурашек.

То, что я сейчас испытываю, — это те самые пресловутые мурашки по коже и бабочки в животе.

— Я тебя больше не отпущу, — продолжает шептать. — Слышишь? Никогда больше не отпущу.

Хватаюсь за Диму сильнее, иначе рухну из-за вмиг ослабевших ног. Он уже целует мою шею. Не страстно, как по ночам, а нежно, осторожно, бережно. Доходит до сгиба с плечом, останавливается и глубоко втягивает воздух.

— Мне снился твой запах в армии. Просыпался и сдохнуть хотелось от осознания, что ты выбрала не меня.

— Это была самая большая ошибка в моей жизни, — хрипло произношу.

— Больше не будет ошибок. Больше мы не расстанемся.

Дима соприкасается с моим лбом."

"— Я так старался тебя разлюбить. Для этого и подписал контракт на Сирию. Думал, там получится. Война, пули… Некогда думать о любви.

— Получилось? — спрашиваю, испытывая ледяной ужас от грядущего ответа.

Отрицательно качает головой.

— Получилось только обмануть самого себя. Но разлюбить? Нет. И никогда не получится.

Слегка отстраняю свинцовую шею назад, чтобы заглянуть Диме в глаза. Это все как будто не со мной происходит, как будто не мне это Дима говорит. Может, мне снится?

— Соня, я люблю тебя с тех пор, как увидел в самый первый раз. Мне было шестнадцать лет, я пришел на олимпиаду по информатике и ждал в холле первого этажа, когда она начнётся. А потом увидел тебя — девочку, похожую на Белоснежку.

Завороженно слушаю, приоткрыв рот. Я знаю эту историю, она всегда казалась мне невероятной.