Мужчина из моего прошлого

Соня берет плед, несколько книг, заворачивает в фольгу бутерброды, и мы отправляемся в парк в десяти минутах от ее дома. Там садимся на траву в тени дерева, Соня кладёт голову мне на ноги и принимается читать. Ей пришли все результаты ЕГЭ, она сдала необходимые предметы превосходно. Теперь готовится к внутреннему экзамену по литературе в МГУ. Не сомневаюсь, что Соня поступит и наконец-то получит профессию своей мечты.

А я просто любуюсь своей Белоснежкой, пока она читает. С одной стороны, Соня стала взрослее, увереннее в себя, а с другой, осталась такой же хрупкой и робкой Белоснежкой, о которой хочется заботиться. И я обязательно буду о ней заботиться. Столько лет бежал от себя, выжигал Соню из памяти и из сердца с помощью войны и других девушек, при повторной встрече убеждал, что ничего к ней не чувствую, но, оказалось, лишь обманывал себя.

Сейчас я люблю Соню еще больше, чем в школе. Сейчас я смотрю на нее не просто как на девушку, а как на мать своего ребенка. Соня подарила мне сына. Уже только за это я буду всю жизнь носить ее на руках и боготворить.

Перебираю пальцами мягкие шелковистые волосы. На солнечном свету они отливают золотом. Мне нравится, что Соня осталась естественной. Не покрасилась в другой цвет и не сделала что-то еще со своей внешностью. Хотя я бы ее с любым цветом волос любил, но но все же рад, что Соня не изменилась.

В парке много семейных пар с детьми. Не могу смотреть на них без щемящей боли в сердце. Особенно душу наизнанку выворачивает, когда вижу молодых отцов, держащих на руках совсем маленьких детей. Я столько лет пропустил. Не держал своего сына на руках, когда он родился, не поддерживал его, когда он учился делать первые шаги, не радовался его первому «папа».

Сейчас мой сын уже большой сообразительный ребенок, а я для него не отец, а просто добрый дядя Дима. Но, клянусь, сделаю все от меня зависящее, в лепешку разобьюсь, чтобы стать для Влада лучшим в мире отцом, заслужить его любовь и уважение.

Я боюсь встречаться с Олесей. Боюсь, что не смогу удержать себя в руках и в прямом смысле придушу за то, что она натворила. Ее гнусная ложь лишила меня собственного ребенка и обрекла Соню на мучения. А ведь сколько раз после армии я встречался со сводной сестрой, она даже не покраснела ни разу. Смотрела мне в глаза без малейшего зазрения совести.

Я не знаю, что сделаю с Олесей, когда все же встречу ее. Боюсь убить. Поэтому перестал отвечать на ее звонки и сообщения, а когда они стали совсем навязчивыми, заблокировал везде.

Вечером Соня говорит по телефону с сыном, и ее настроение становится лучше.

— Дима, кажется, он не обижается! — радостная Белоснежка обнимает меня. — По крайней мере я не почувствовала в голосе, разговаривал, как обычно. И Игорь сказал, что много с ним об этом говорил, объяснял.