Мы слишком разные (СИ)

— К сожалению, мне нужно идти.

Он сделал грустное лицо, а я не сдержалась и, счастливо улыбнувшись, прижалась к нему, обнимая за шею.

Мой первый шаг. Моя маленькая победа.

Парень наклонился и поцеловал меня в уголок губ.

Маленькая нежность, но на сердце сразу стало теплее.

А затем, с тяжёлым вздохом, он забрал мои руки со своей шеи и поставил меня на ноги, так как я буквально висела на нем.

— Беги. — Отошёл на несколько шагов от меня. — Беги, пока не украл и не увёз куда-нибудь.

Я кивнула с улыбкой на лице, а затем быстро подбежала к нему и поцеловала в щеку.

Секундное молчание, а затем:

— Ника, — возмущённо выкрикнул он.

Но его выкрик уже донёсся в спину, когда я уже открыла дверь подъезда. Хотелось обернуться, но я понимала, что тогда точно вернулась бы к Тимуру и поехала бы с ним куда-нибудь отсюда. А точнее, куда глаза глядят.

Насколько это звучит безумно?

Я пребывала в своих романтичных мыслях, когда поднималась к двери квартиры. Но как только открыла дверь ключом и переступила порог, почувствовала, как романтичный флёр сразу же куда-то исчез — в квартире чувствовалось повисшее напряжение.

Навстречу в коридор тут же вышла тетя Рита. Её лицо было грустное и я видела, что на лице нет обычной улыбки.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросила я.

— Там, — женщина махнула рукой позади себя.

Объяснений не потребовалось. Переведя взгляд, увидела, как из комнаты выплыла фигура женщины, одетая в слишком дорогие вещи. Остановившись возле тети, она с усмешкой окинула меня цепким взглядом.

— Ну, здравствуй, дочь, — сухо проговорила мама.

* * *У меня перехватило дыхание.

Вот кого точно не ожидала увидеть здесь ночью, так это маму.

Страх накрыл меня мгновенно, пробежавшись иголочками по коже, когда я осознала, что все это время она была здесь и могла видеть, как мы с Тимуром….

Пожалуйста…

Мысленно уже обращалась к высшим силам.

Пусть она ничего не видела.

Зная свою мать, могу с уверенностью сказать, что она умеет использовать любую информацию как козырь.

— Даже не поздороваешься? — приподняла левую бровь.

Я испуганно посмотрела на неё.

Она видела, что я сама не своя. Даже тетя Рита тревожно стала всматриваться в мое лицо.

«Соберись, тряпка», — приказала сама себе.

Если буду и дальше так явно показывать свои эмоции, то родительница точно все поймёт.

— Привет, мам, — также сухо и безэмоционально ответила я.

Только вряд ли у меня получилось так же хорошо, как у неё, судя по явно ехидной усмешке на лице матери.

— Поговорим?

Мне ничего не оставалось как кивнуть.

Будто у меня есть выбор.

Я столько времени её игнорировала. Пыталась убежать от разговора с ней, что даже поехала на природу с незнакомыми людьми, которые явно не испытывают ко мне светлых, нежных и приятных чувств.