На дело со своим ментом

Старшего все это не взволновало, он вышел в прихожую и, прикрыв за собой дверь, стал с кем-то разговаривать, должно быть по телефону, если, конечно, не исповедовал какую-нибудь экзотическую религию и не обращался к духам предков. Тот, что торчал рядом со мной, сделал пару шагов в сторону все той же двери и прислушался, при этом смотрел на нас сурово и делал вид, что разговор командира его совершенно не занимает. С Цезарем, который отлично управлялся сразу с двумя делами, у него было мало общего, поэтому он в основном сконцентрировался на подслушивании, что дало нам с Женькой возможность пообщаться друг с другом.

— Где твой Ромка? — прошептала она с намеком на отчаяние.

— На работе, — всхлипнула я.

— Пора ему нас спасать. Этот тип, что за тобой приглядывал, поди уже донес ему, что у меня гости…

— Я, наверное, все перепутала…

— Что? — нахмурилась подружка.

— «Девятка», «мокрый асфальт», это их тачка.

— Что? — вновь спросила Женька, тут до нее дошло, она пробормотала: — Тады ой. — И начала смотреть на жизнь без оптимизма.

Главный между тем закончил переговоры, пнул дверь и сказал:

— Поехали.

Мы сначала обрадовались, поняв в том смысле, что они едут, а мы остаемся, но он лишил нас надежды, заметив мне вскользь:

— Переоденься.

Тип, что стоял рядом и по неведомой причине считал меня своим личным врагом, вновь схватил меня и рявкнул:

— Найди какую-нибудь кофту!"

"И тут раздался телефонный звонок. Могу поклясться, мой мучитель подпрыгнул. Правда, я тоже. Мы посмотрели друг на друга, и я заревела, в основном от обиды, потому что не ясно было: чего он на меня так взъелся? Главный постоял, хмурясь, и кивнул Женьке:

— Возьми.

Подружка подошла, сняла трубку и сказала деревянным голосом:

— Слушаю. — Потом положила трубку на место и, повернувшись к парню, заявила: — Это он.

— Кто? — Все-таки соображали они неважно, поэтому все время переспрашивали.

— Убийца Инги, — глазом не моргнув, ответила Женька.

— Откуда ты знаешь?

— А мы задумали его выманить и с этой целью сказали, что нашли свидетеля убийства. Ему же интересно, кто это, и он придет.

— И что?

— Думаю, сейчас явится. Для чего-то он поинтересовался, дома я или нет.

— Если ты морочишь мне голову, — начал грозно парень, Женька моргнула изумленно и вроде бы даже обиделась. А парень вдруг добавил: — Собирай на стол.

Женька кинулась в кухню, захлопала дверцей холодильника, изо всех сил демонстрируя гостеприимство, а я посмотрела на своего мучителя и попросила:

— Можно я переоденусь?

— Валяй, — подло хмыкнув, заявил он и уставился на меня. Реветь я себе категорически запретила и извлекла из шкафа Женькин любимый френч из замши. Мы прошли в кухню и устроились за столом.