На полпути к звездам

Жалость к Клер ей уже порядком наскучила. Многим женщинам жилось гораздо хуже, чем ей. Сидеть и «чистить перышки» – не самое неприятное из занятий.

В воскресенье в полдень Шина уезжала в Лондон. Суббота у Роба выдалась свободной, и они вместе поздно позавтракали. Они уже допивали кофе, когда в столовой появилась взволнованная, на удивление растрепанная и наспех одетая Элейн, которая тут же чуть не опрокинула на себя кувшин молока.

– Я так беспокоюсь! – воскликнула она. – Я о Клер. Где Кэл? – Голос ее упал, глаза бегали по сторонам, будто она надеялась найти сына.

– Мы не видели его, – ответил Роб. – А что стряслось с Клер?

– Она очень расстроена, – сообщила Элейн. – Я только что заходила к ней, и мне кажется, Кэл опять ее чем-то расстроил. Он все-таки очень жесток.

Роб принялся было подниматься, но Шина спросила:

– Если Клер требуется моральная поддержка, не кажется ли тебе, что это лучше выйдет у женщины?

– Ты права, – согласился Роб. – Поднимись к ней сама.

Этого не потребовалось. Выйдя в холл, Шина увидела, что Клер спускается по лестницы. Глаза ее были влажны, а губы сжаты, но она все же сказала бодрым и радостным голосом:

– С добрым утром.

– С добрым утром, – ответила Шина и, подождав, пока Клер пройдет мимо, направилась следом, обратно в столовую.

– Это опять из-за Кэла? – спросила ее Элейн. – У вас опять был скандал?

Клер села и закрыла глаза, будто стояла на краю пропасти:

– Все в порядке. Роб, прошу тебя, скажи Элейн, что все в порядке.

Шина наполнила чашку кофе и пододвинула ее Клер. Роб обратился к матери:

– Мама, ты не оставишь нас?

– И не подумаю, – возмутилась Элейн, оскорбленная до глубины души, но не намеренная что-либо пропускать.

– У меня просто болит голова, вот и все, – выговорила Клер.

– О! О, дорогая! – В тоне Элейн звучали нотки разочарования. – Я принесу тебе таблетки.

Когда она вышла, Клер посмотрела на Роба и подождала, пока закроется дверь.

– Скандал, – произнесла она. – С Кэлом! Элейн действительно не знает своего сына. Выглядеть идиоткой ради очередной ссоры. Да ведь Кэл никогда не теряет самоконтроля.

Она обращалась только к Робу, а Шина чувствовала, что она лишняя.

– Скандал! – Клер издала хриплый смешок. – Разозлить Кэла так же просто, как и заставить его ревновать. Он никогда не ревновал, даже к тебе не ревновал.

– Я знал, что это случится. – Роб с укором посмотрел на Шину.

– Я не должна была возвращаться! – разрыдалась Клер. – Я должна была знать, что надежды нет никакой. Мне кажется, он не человек. Не из плоти и крови.

Элейн вернулась в столовую, неся в руке пузырек с таблетками.

– Прими две штуки. – Она сунула пузырек в руку Клер. Клер послушно проглотила лекарство. – А теперь пойдем, тебе надо снова лечь, – настояла Элейн.