На полпути к звездам

– Всего хорошего, – кивнул ей Кэл.

Он направился к двери, и Роб, взяв Шину за руку, пошел следом.

– Увидимся позже, – сказал Роб.

– Счастливо, – ответил Кэл.

Только сейчас она поняла вдруг, что ни одного дня за всю свою жизнь она не провела в полном одиночестве. Рядом всегда кто-то был. Она выезжала за город на пикники, но всегда в компании. Пойти погулять, побродить по причалу и вернуться домой к семейному чаепитию – вот те моменты, которые до сих пор ассоциировались у нее с полным одиночеством.

– А кто эта девушка на фотографии? – спросила Шина.

– Какая девушка?

– Ну, ты знаешь, та самая, которую я разглядывала, когда вошел Кэл.

Она даже вздрогнула, вспомнив об этом, а Роб только головой покачал:

– Бог ее знает. Видимо, какая-то подруга.

– Вот именно, – весело согласилась Шина. – А ты не говорил мне, что у него есть подруги.

– На данный момент нет. Но их у него было много, и они все обожали его.

– А он? Многих ли обожал он?

– Он альпинист, а альпинисты влюблены в горы. Высоту нельзя предавать, или она отомстит.

Однако он хранил фотографию этой женщины – видимо, и она значила для него немало. И Шина внезапно поняла – Роб знает куда больше, чем говорит. Он прекрасно знал эту девушку. Знал, но скрывал.

Спуск оказался не страшнее подъема – когда Роб находился рядом и держал ее за руку, ей вовсе не было страшно. Но все же ей и в голову не могла прийти мысль о том, чтобы подняться на Брайн-Дэри еще раз, хотя, будь озеро чуть пониже, она наверняка вернулась бы с фотоаппаратом, чтобы взять частичку этого волшебства в свой мир.

Последний вечер перед отъездом она провела вместе с Робом.

– Мне будет тоскливо без тебя, – признался он ей.

Эти слова, казалось, говорили так много.

– Я тоже буду тосковать.

– Через три недели, – пообещал он ей.

– Я куплю себе календарик, чтобы перечеркивать дни.

– Тебе ведь понравилось здесь, правда?

– Я наслаждалась каждой минутой, – ответила она.

Они сидели на диване. Время от времени Роб целовал ее лоб или руки, а иногда их губы сливались в мягком и жарком поцелуе. Миссис Морган принесла им кофе, бисквиты и сыр. Вместе с ней появился котенок Анны."

"– Кыш! – воскликнула миссис Морган, и, явно недовольный, котенок, не утратив чувства собственного достоинства, опасливо отступил.

– Сегодня ваш последний вечер в этом доме, – с улыбкой заметила миссис Морган.

Шина торжественно произнесла, скрывая улыбку:

– Такое впечатление, будто завтра утром мы расстанемся навсегда!

– Не напоминай мне об этом, – ответил Роб.

Шина уже собиралась ложиться, когда Элейн постучала в дверь ее спальни и спросила:

– Можно войти?

– Конечно, – подала голос Шина.

Элейн вошла.

– Хотелось повидаться с тобой на тот случай, если утром я тебя уже не застану.