На полпути к звездам

Когда она спустится, ее встретит радостная Элейн, и первое, что она скажет, будет: «Сегодня он непременно вернется. Я знаю, все будет в порядке. Кэл хоть и упрям, но тебя он любит».

Она медленно спустилась вниз. Анна Морган, как раз вошедшая в парадную дверь, подошла к подножию лестницы и, с тревогой глядя на Шину, спросила:

– Что с вами? Вы в порядке?

Тут только Шина поняла, какой жалкой выглядит, и со стороны Анны очень мило выказывать беспокойство о ней. Она выдавила из себя улыбку.

– Да, – ответила она, – все хорошо. За исключением того, что я круглая идиотка. Самая круглая в этом мире.

Анна Морган ответила ей улыбкой – судя по всему, она рада была хоть раз повстречать взрослого, который открыто это признает, – и продолжила свой путь в столовую с утренней корреспонденцией в руке."

"Ошибка была только ее – Шины. Не имело смысла сидеть и жалеть о содеянном, нужно было поправлять положение и, возможно, спасти его. Вот почему она вновь пошла по дороге, ведущей к плато. Этой дорогой она поднималась в гору вместе с Робом. Она очень боялась высоты, но надо идти и как можно реже оглядываться. Основная ее забота – Кэл Хьюард. Предположим, он попросту выставит ее за порог, что тогда делать? Ничто ведь не помешает ему так поступить. Тогда она сядет на пороге и будет ждать. Как долго – не имеет значения. Озеро перед домом очень красивое, она могла хоть весь день на него смотреть. И сидеть она будет до тех пор, пока он не спустится и не поговорит с Клер.

Он мог отвергнуть ее. Вероятнее всего, так он и поступит. Ведь Кэл Хьюард был самой сильной личностью, с которой Шине когда-либо приходилось сталкиваться. То, что Клер вернулась, было исключительно ошибкой Шины, и она эту ошибку исправит во что бы то ни стало.

Шина хорошо помнила путь от плато. Ей нужно было пройти между двумя елями, и вскоре тропинка приведет ее к расселине, служившей проходом к запретному озеру. Она останавливалась, когда время от времени тропинка пропадала из ее поля зрения, затем продолжала свой путь, снова завидев ее.

Ей очень не хватало Роба. Ей было бы спокойнее на душе, если бы он шел рядом, держал ее за руку, помогал подниматься в трудных местах. Подъем становился круче. У нее уже начинали ныть ноги, дыхание участилось. Ничего, скоро она увидит озеро, а там и до хижины рукой подать. Она поднималась вверх, преодолевая один выступ за другим. Стало заметно холоднее, и глаза начали слезиться. Туман, казалось, опустился ниже, чем обычно. Она слышала о том, что в горах туман мог опуститься за считанные минуты. Он просто скатывался вниз по склону горы и, подобно одеялу, окутывал собой все. Медленно ее начала охватывать паника.

Она остановилась, ругая себя за этот детский страх, ведь, в конце концов, всегда можно повернуть назад.