На тропе Луны
Девушка-оборотень Карина находит дорогу в странный, полный магии мир, освещенный светом трех лун: четырехмерный мир, обитатели которого свободно проходят сквозь стены и общаются с эльфами. Кто ждет ее в этом мире – загадочные знаккеры или могущественные символьеры? Чего хочет от нее желтоглазый молодой человек на белоснежном драконоиде? Смертельная опасность грозит не только Карине – весь наш трехмерный земной мир в один миг может стать плоской картонной декорацией. Кто или что поможет Карине остановить злое колдовство?
Даже в таком дурацком положении он выглядел крупным и широкоплечим.
Карина в панике метнулась обратно к стене.
– Погоди, не бойся, – торопливо сказал незнакомец.
Девочка развернулась. В самом деле, чего это она? Вокруг лазарет, и перед ней лежачий больной, вряд ли стоит его бояться.
Карина осторожно втянула носом воздух. Через запах лекарств и сыроватого бетона доносилось что-то невнятно-знакомое. А смотрел он на нее как-то уж совсем отчаянно.
– Ты кто? – спросила она, смутно догадываясь, каким будет ответ.
Но молодой человек просто вытащил из-под одеяла и осторожно опустил поверх него руку.
Мускулистая загорелая ручища заканчивалась истонченным, словно после гипса, запястьем. И оно не было человеческим.
Надо же, что отросло вместо откушенного.
Она растерянно заморгала, ничего не понимая.
– Я Кира, – запоздало ответил ее бывший конкурент из архива. Прозвучало это как-то и успокаивающе и… умоляюще, что ли. – Меня зовут Кирилл. Для своих я – Кира.
А она, значит, своя? Ох, сколько всего Карина хотела высказать на тему «ты меня чуть не убил, мало тебе лапу откусили». Но не стала. Как-никак, перед ней был раненый.
Но если обойтись без гадостей, то сложновато придумать, что вообще можно сказать.
– Ты… почему тут лежишь?
Он усмехнулся, все еще нерешительно:
– Потому что я чуть не сдох от такой… травмы. Но у меня регенерация. Работает лучше человеческой. Лучше, чем у тебя даже. Хоть и вот так. Нога зажила?
– Какая нога? – брякнула она и вспомнила, что порезала ногу стеклом, вылезая из архива. – Да зажила уже. Слушай, я всю голову сломала, кто ты такой? Я уже поняла, что ты Кира, но если ты не волк, как я, то кто тогда?
– Ликантроп.
Она кивнула, потом помотала головой. Ощущение было такое, что в голове вот-вот перегорят какие-нибудь контакты. А Кирилл (или все-таки Кира?) заговорил торопливо, резкими, рублеными фразами, не вяжущимися с виноватой интонацией:
– Я оборотень. Не волк. Полуволк. Раньше был человеком. Потом был ранен. Укусили. Очнулся…
– Гипс! – перебила его Карина. – За нами зачем гнался? Вертолет ты запускал? Зачем все это? Только говори нормально, чего ты как робот?
Кира запустил здоровую руку в шевелюру словно клок выдрать собрался.
– Я почти отвык. Ты… может, сядешь? Мне все кажется, что сейчас сбежишь.
– Угу, сяду, спрошу, зачем тебе такие большие зубки, – огрызнулась Карина больше на автомате, но все же уселась прямо на холодный пол, подогнув под себя ноги. – Слушаю тебя очень внимательно.
Кира немного расслабился и заговорил вполне нормальным языком:
– Я был на службе у одного… могущественного человека. Вернее, еще раньше я служил в армии по контракту. Воевал.

















