На тропе Луны

Зрак активировался. Теперь молчи, а то попадемся. Он в обе стороны работает, к сожалению. Мы слышим их, а они – нас.

И подбросил второй зрак.

Никакого изображения на этот раз не появилось, но из вращающейся сферы полились негромкие голоса – пронзительный, слегка визгливый Клариссин и совершенно незнакомый детский."

"– Что ж, раз детеныш у нас… простите, дорогая знаккер Радова… у вас, и вы, будучи родной теткой, имеете право распоряжаться жизнью и свободой девочки, то я не вижу препятствий к проведению ритуала Иммари.

– Увы, препятствий немало, – ответила Кларисса. – Прежде всего, этот детеныш моя плоть и кровь. Я предпочла бы сохранить ее живой, но обнаружить с ее помощью других. Еще мешает то, что мой супруг, единственный, кто посвящен во все детали и тонкости ритуала, томится в заключении за какой-то воистину смехотворный проступок. К тому же, являясь родным отцом детеныша, он имеет гораздо больше прав на ее жизнь.

Да они оборзели вконец! Нарисовалась, понимаете ли, толпа родни, и все решают, у кого больше прав на ее жизнь. А где ее подарки на день рождения и Новый год за последние четырнадцать лет? Карина кое-как удержалась, чтобы не фыркнуть и не сдать их с Диймаром с потрохами.

Клариссин собеседник засмеялся, и смех этот совершенно не сочетался с детским голосом.

– Отвернуть изумрудную жилу от центра материка к своим землям – это отнюдь не смехотворный проступок. На него слишком зол весь Совет. Боюсь, даже моего влияния не хватит, чтобы убедить Высокий совет последовать традиции и сохранить свободу узнику, который сумел вырваться из заключения. – Казалось, говоривший все больше и больше распалялся. – Даже если его сестрица, тоже весьма уважаемая Советом, присоединит свой голос к нашим, все равно шансов крайне мало. Отдайте девчонку мне. В Трилунье пока что не перевелись символьеры, готовые на все за хорошее вознаграждение. Составить ритуал или заклятие, аналогичное Иммари, – вопрос лишь времени.

– Которого не хватает вам, но в избытке у меня! – выпалила Кларисса. – Вы вообще слышали, что я вам сказала? Она моя родня.

Ее собеседник выругался.

Кларисса заговорила снова, и ее голос дрожал от злости. Похоже, она мечтала надеть на голову гостю ближайшую вазу, но по каким-то причинам не делала этого. Может, гость был важный, а может, ваза на голову не налезала. Или просто подходящая посудина под руку не подвернулась.

– Что ж, как известно, источник вечной жизни – это некое вещество, содержащееся в организме детеныша глубинной твари и запускающее особый участок мозга, которые есть равно у твари и человека. Но вспомним Вечный Постулат: «Волком можно родиться, но нельзя им стать, львом можно родиться, но можно и стать им, нельзя лишь…»

– Достаточно, дорогая Клара, я помню Постулат.