Гримуар темного лорда I

Какой смысл ему подписывать договор с военкоматом, если он не обучается магии?

На лице майора появилась растерянность, но он быстро взял себя в руки.

— Степан Юрьевич, я правильно понял, что Вы заявляете от лица этого молодого человека об очень серьёзном правонарушении?

Я кивнул, и дядя Степа ответил.

— Да, — ответил он. — Как управляющий Кемеровским филиалом, я пользуюсь правом выступить правозащитником Селезнева Константина Сергеевича.

— Тогда у меня нет другого выбора, кроме как сообщить об этом своему руководству. — Он ещё раз посмотрел на нас, и видя, что мы не передумали, пошёл в сторону служебного УАЗика.

Он достал рацию, по которой начал с кем-то общаться.

Мы же пока зашли домой. На шум проснулись Татьяна и мама. И мы с дядей Стёпой пошли их успокаивать.

Военный не стал задерживаться, и после того, как вручил повестку Ванееву-младшему, уехал. Перед отъездом он сообщил нам, что к обеду должны приехать сотрудники военной прокуратуры. Они должны будут взять с меня показания и удостовериться в правдивости моих слов.

Проверку силков придётся отложить, и я поднялся к себе в комнату, чтобы убрать оружие в сейф.

Первостепенной стояла задача разобраться с этой ситуацией.

Ближе к полудню у нашего крыльца остановилась Волга. Выглянув в окно, я увидел трех мужчин, которые направлялись в сторону нашего дома.

Проверку моих показаний проводил маг. Он был единственный в штатской одежде. И не знаю сколько мужчине было на самом деле лет, но выглядел он очень старым."

"Он очень дотошно объяснял, что будет делать и как будет проходить процесс допроса. Перед тем как начать, меня заставили подписать документ, в котором говорилось об уголовной ответственности за дачу ложных показаний.

Я и дядя Стёпа всё очень внимательно прочитали, после чего я его подписал.

Почти сразу же один из сотрудников взял договор и достав какой-то артефакт начал сличать подпись с той, что была поставлена на договоре с военкоматом.

Старик внимательно следил за манипуляциями коллег, но при этом его рот почти не закрывался. У меня появилась мысль, что маг был одинок и сейчас восполнял «баланс непроизнесенных слов».

Как и предупреждал старик, которого я внимательно слушал, вначале он провёл диагностику моего тела.

Со слов мага, она нужна чтобы удостовериться, что я не использую артефакты или заклинания. Их могут использовать, чтобы во время допроса ложь осталась незамеченной.

Появилась голограмма, после чего начались вопросы. Как меня зовут, какого цвета у меня глаза, как я себя чувствую, какого цвета трава. Таким образом военные наблюдали за тем, как реагирует мой организм. Потом меня попросили рассказать всё, что я знаю, а также есть ли у меня предположения, как могла появиться моя подпись под договором.