***надцать лет спустя

Личный счет, который Тимофей каждый месяц пополнял на приличную сумму, он открыл для неё ещё до свадьбы, хотя Ольга этого и стеснялась. Но прекрасно понимала, что должна выглядеть достойно статуса своего мужа, потому всё же согласилась, хотя и старалась тратить деньги по минимуму. Поэтому средства, чтобы платить тому, кто прислал видео, у неё были. Так получилось, шантажист считал, что общается с самим Тимом – он только присылал письма, справедливо не желая показывать лицо в видеозвонке. Сумма была немаленькой, но денег хватало, чтобы отправлять их каждый месяц.

Потому что для неё было невыносимо знать, что кто-то увидит эту съемку. Оля была уверена, что Тимофею не нужно стыдиться ни увечья, ни того, как оно произошло, но одно дело абстрактно считать, и совсем другое вспоминать этот кошмар. Она его только раз увидела, и то при одной мысли тошнота к горлу подступает, а каково Тимофею…"

"Поэтому и платила, хорошо понимая, что сама себя загоняет в угол, что нельзя поддаваться на шантаж. Что с каждым разом она всё глубже в этом увязает, но… Продолжала платить и молчать. Правда, через одного знакомого, увлекавшегося не совсем законными способами извлечения информации из сети, смогла узнать, откуда ей присылают сообщения.

Номер оказался «серым», и ни на кого зарегистрирован, а что даст знание города?

Несмотря на увлеченность искусством, Оля прекрасно поняла, к чему аккуратные расспросы свекра о том, хватает ли ей денег, зарабатываемых Тимофеем? Может, она и вкладывать их во что-то начала?

Потому, когда Тим сказал, что уезжает, чтобы помочь Чернышову, быстро сложила одно со вторым. Хотя Александра она видела всего несколько раз, зато из рассказов мужа знала, что тот не просто одно время был правой рукой Юрия Семеновича.

Именно Чернышову тот доверял и доверяет самые щепетильные и сложные финансовые вопросы, порой вслух сетуя, что приходится опираться на него, а не на родного сына, решившего выбрать свой путь в жизни. А ещё Александр был другом Тимофея, потому тот не мог и не собирался игнорировать просьбу.

Поэтому и те вопросы, и знание, куда отправился муж, сложились в единую картину.

- Вы ему всё рассказали? – Лариса, выслушав эту почти исповедь, с трудом проглотила комок в горле.

Она сама не знала, чего ожидать от этой встречи, но точно получила намного больше, чем предполагала. К рукам Тимофея она не присматривалась, поэтому история стала шоком вдвойне.

- Да, - Ольга кивнула, продолжая рассматривать узор своего пестрого сарафана. – Сегодня, когда прилетела, Тим даже сначала наорал на меня…

Ну, кто бы сомневался. Мужчины такие существа, что от стресса сначала орут, а потом уже думать начинают.

- А потом?

- А потом сказал, что его это не волнует.