Нас просто не было. Книга вторая

В глазах такой призыв дикой голодной кошки, что пoпадись она мне раньше, не задумываясь, ответил бы. Α сейчас ничего не хочу. Перехватываю ее руку и медленно убираю в сторону:

– Прости, милая, не в этот раз. Найди себе другую жертву, - снова разворачиваюсь к стойке, потеряв остатки интереса к грудастой дамочке. Она ещё несколько минут сидит рядом, нервно постукивая пальчиками по барной стойке. Видя, что своего решения менять не собираюсь, с досадой хлопает ладошкой, соскальзывает со стула и, громко фыркнув, уходит, оставив меня в покое. Правильно, я бы даже сказал, мудро.

Я сейчас в том состоянии, что могу быть и грубым, поэтому лучше не трогать. Мне на все плевать.

Мысли возвращаются к сегодняшней ночи. Вот честно, я даже не помню, как оказался в одной постели с Тинито. Вроде просто стоял, смотрел на нее и все, думал о том, как же неправильно сложилась наша жизнь. А потом раз и проснулся, прижимая к себе. И снова все потеряло смысл, кроме этой хрупкой девушки, некогда переломавшей меня не хуже заправского костолома. Только на тот момент все плохие воспоминания, вся осторожность исчезли, стоило только заглянуть в голубые глаза, полные такой тоски и надежды, что вся моя, итак трещавшая по швам, защита, окончательно рассыпалась.

Держа ее в своих руках, понял, что не отпущу, даже если конец света настанет.

Любили друг друга до изнеможения. До ядерного взрыва в груди. Такое бывает только с ней. Всегда только с ней. Правильно говорят, секс без любви – это просто фитнес, зарядка. У меня этого фитнеса столько было, что наелся по самые уши, на две жизни вперед, а с ней... с ней все по-другому. Не только тело получает сексуальную разрядку,там, кажется,и душа в экстазе заходится.

Тинка другая. Неуловимо изменилась, как-то женственнее, что ли, стала. Все такая же худенькая, но вроде круглее, мягче, я так до конца и не понял. Просто любил, как одержимый, забыв обо всем. Дыша ею, живя ею.

Сердце просто зашлось от того, как она испугалась, что уйду, как вцепилась, в плечи, словно от этого жизнь ее зависела.

Γлупая. Куда я на хрен от тебя денусь? Даже если бы война началась, я бы все равно этой ночью от тебя не ушел. Как бы ни выкручивался, как бы ни пытался забыть, все бесполезно.

И хочется обратно, хочется, чтoбы все было как раньше, хочется попытаться начать сначала.

Только темной тучей сомнения нависают. А зачем ей все это? Тоже хочет все вернуть? Или все-таки игра? Я не знаю. Ее поведение, ее глаза говорят об одном. То, что в них отражается, оживляет, дает надежду. Но тут же напоминает о себе прежний печальный опыт, от которого никуда не деться. Тогда я точно так же видел что-то в голубых глазах, а было ли чтo-то на самом деле – не уверен.