Насильно мил (не) буду

Подхожу к ним и интересуюсь:

– Не видели девушку, красивую такую, в шортах и с ногой, зафиксированной белым эластичным бинтом?

– Как же не видеть? – отвечает та, чью голову украшает белый платок в красный горошек. – Уехала на такси, вон тут стояло.

Сбежала! Улизнула! Из-под носа удрала даже с больным коленом!

Спрашивается, зачем?"

"Я ничего плохого с ней делать не собирался, все только самое хорошее и приятное.

– Переборщили вы, Захар Викторович Грачев, переборщили… – бурчу себе под нос, бредя к оставленной на стоянке машине. – Напугали девушку своей заботой по полной программе.

Ну ничего, я ее найду.

Для такого дела у меня очень подходящая профессия, кстати, – частный детектив.

Глава 5. Ее муж

Ясмина

– Остановите возле номера пять, пожалуйста, – прошу таксиста.

– Возле одноэтажного, с зеленым забором?

– Да, – киваю. – Только у меня с собой денег нет, вы подождите минутку, муж выйдет, заплатит, я попрошу.

Престарелый армянин смотрит на меня хмурым взглядом, но все же кивает.

Кое-как выбираюсь из такси и с тяжелым сердцем бреду домой. Что там будет?

Нога снова начинает болеть, но кое-как передвигаться могу. Ковыляю в коридор, через гостиную прямиком в спальню мужа. Он там. Слышу, как собирает дипломат перед работой.

Открываю дверь и вижу его невысокую фигуру у стола. Мы с ним одного роста, если я без каблуков, и поэтому мне каблуки нельзя. Не то чтобы я их сильно любила, или они у меня вообще когда-то были… Но нельзя. Одно из правил-ограничений, которые я приняла, чтобы иметь возможность жить в этом доме.

– Дим, я приехала на такси, заплати таксисту, пожалуйста, – прошу жалобно, замерев у дверного косяка.

– Ясмина, где ты была? Какого рожна так долго шлялась без телефона? Ты же знаешь, я волнуюсь, когда тебя долго нет, – говорит он вроде бы спокойно, и в то же время голос его звенит раздражением, а сам он обеими руками упирается в столешницу.

Вижу, как его пальцы белеют от напряжения. Наконец Дима оборачивается ко мне, удостаивает взглядом.

– Что с тобой случилось? – Его карие глаза в эту секунду кажутся больше обычного, и даже не из-за очков, которые неизменно висят у него на носу.

– Я упала, – невольно всхлипываю.

Не буду говорить ему про нападение. Он, конечно, не станет вызывать полицию, ведь знает мое к ней отношение. Но больше долго гулять одной не отпустит, ведь и правда беспокоится обо мне.

– Ничего себе. – Дима спешит ко мне, рассматривает лицо и тут же начинает ругаться: – А я давно тебе говорил, нечего скакать спозаранку по улице. Купил бы тебе беговую дорожку, и бегай дома, как все современные люди.

Разве можно сравнить пробежку на улице с потением на тренажере? Эх, он меня не понимает. Хотя повторения сегодняшнего не хочу ни в коем случае.

– Дим, такси, – напоминаю со скорбным видом.