Насильно мил (не) буду

 – Вижу, деньги у тебя есть, вон какая куртка на тебе дорогая, кожаная…

Откуда бы ему знать стоимость моей кожанки?

Иду следом, отмечаю про себя, насколько это бедная квартира. Под ногами скрипит паркет, обои выцветшие, на окнах подранные шторы. И он за это убожество хочет двести пятьдесят баксов? Да он жмот…

– Я хотел спросить, вам должна была звонить моя девушка…

– Девушка? – тут же настораживается дед.

Не нравится мне, как напрягается его лицо. Тщательно сканирую помещение взглядом.

– Девушка, Ясмина Полонская. Не звонила вам?

– Нет, что вы, – машет он рукой.

Хм, может быть, она ему не назвалась?"

"Достаю телефон, открываю последнее селфи Яси, которое она прислала мне, когда был в командировке. Там она в белой футболке с надписью «Твоя штучка». Улыбалась ярко и жизнерадостно.

– Посмотрите, – прошу деда. – Вот с этой девушкой вы недавно не встречались?

– Нет, – резво качает он головой.

– Вы единственный владелец квартиры? – пробую зайти с другой стороны.

– Дык, ясен пень, единственный, – пожимает он плечами. – Только, гляжу, не интересна вам квартира, так?

Игнорирую его вопрос. Шагаю в спальню, оглядываюсь по сторонам и вдруг замечаю за полупрозрачной шторой его, родимого. Плюшевый пес по имени Тотошка, любимая игрушка Яси. Сидит себе на подоконнике и одним своим видом доказывает, что хозяйка тут точно была, а еще явно не своим ходом ушла, если оставила игрушку. Она же ее обожает! Эта собачатина – свидетель всех моих любовных приключений с Супердевочкой в нашей спальне.

Однажды я даже попросил Ясю убрать игрушку, но она сказала, что без пса ей будет неуютно. Так и любил свою девушку под взглядом этого поганца.

Десять из десяти, что игрушка та же самая, – слишком она старая, да и глаза-пуговицы чуть различаются по цвету, одну Яся когда-то, видимо, заменила.

Выхожу из спальни подхожу к старику.

– Значит, девушки здесь не было? – еще раз переспрашиваю.

– Нет, я ж сказал. Такую девушку я бы точно запомнил, краси-и-ивая…

– А игрушка в спальне откуда?

– К-какая игрушка? Причудилось тебе, сынок!

– Причудилось, значит… Что ж, хорошо, – с этими словами оставляю старика куковать в гостиной.

– Эй, ты куда? – на этот раз он несется за мной следом. – Стой!

Не слушаю, иду в спальню.

Плюшевый пес, как стоял на окне за шторой, так и стоит. Беру его и несу в гостиную.

– Это тогда откуда? Это игрушка моей девушки.

– Шутишь, что ли? Это игрушка моей старухи, та умерла давно, а собака осталась. Шел бы ты отсюда, раз квартиру снимать не желаешь. – Дед показательно складывает руки на груди.

В этот момент понимаю – ничего-то по доброй воле он мне не скажет.

Аккуратно кладу плюшевого пса на диван и двигаюсь к хозяину квартиры. Он и гавкнуть не успевает, как я заламываю ему руку и упираю лицом к стене.