Наследник для авторитета

Пусть мы не раз за эти годы не говорили, но взгляды говорят больше, чем слова.

– Ты же знаешь, что я не люблю сборища, – закатываю глаза и глажу его по груди через футболку.

Он прожигает меня пронзительным взглядом, а затем, не отрывая глаз, подносит мою руку к своим губам и выцеловывает кожу.

– Тебе белый цвет больше соответствует, – хриплый тон проходится током по моим нервам, щекоча рецепторы.

– Мы уже сто раз это с тобой обсуждали, – наклоняю голову набок, а сама внутренне посмеиваюсь."

"Каждый раз, как мы уезжаем, Шамиль поднимает эту тему. Обычно девушки хотят свадьбы и этой атрибутики, в нашем же случае этого больше всего желает сам Галаев, которому недостаточно церемонии в ЗАГСе и обычной росписи.

– Никакой пышной свадьбы, – стою на своём, – тем более, мы уже женаты. Да и вряд ли я буду уместно в свадебном платье с пузом смотреться.

– С пузом? – сводит в недоумении мой муж брови.

Пару минут смотрит на меня вопросительно, и только потом его озаряет.

– Неужели… – вижу, как у него сводит дыхание, темнеют глаза.

А после меня уносит в водоворот страсти. Он целует меня в губы, а затем, не сдерживая эмоций, подхватывает на руки и кружит.

– А нас? А нас? – тут как тут отвлекают нас дети, кружась вокруг.

И Шамиль приподнимает их на уровень наших лиц, сияя, словно начищенный медяк.

И пусть он не признает этого никогда вслух, но я знаю, что он любит меня больше собственной жизни. И пусть называет это лишь гребаной одержимостью, смысл не поменяется. Ведь мы и, правда, оба одержимы друг другом. С самой первой ночи. Смотрю на своё выстраданное счастье и испытываю безмерную благодарность к сестре, всей душой желая, чтобы и она была счастлива не меньше меня.

А свадьбу мы все же сыграли. Вот только не дома, а здесь, на островах, в традициях абориген. Пусть и не так роскошно, как это принято у людей большого достатка, но счастливей невесты и жениха было не сыскать. И в положенный срок у нас родилась девочка. Мы ее назвали Вера. И не в честь моей сестры, нет. А как символ нашей веры в нашу любовь, семью, счастье.

– Вера, – шепчу себе под нос, гладя дочь по пухлой щечке.

Все же желание мое было исполнено, ведь и первую дочь я хотела так назвать, прошептав однажды имя в салоне автомобиля."