Наследник пепла. Книга VI

Ты что думаешь, я за своей сестрой не приду? Ты вообще не понял, куда ты полез.

— А я говорил: «Не надо было лезть», — проговорил сам себе Шпейер. — К Рароговым лезть не стоило.

— А ты не только к Рароговым полез. Ты к фон Аденам полез, и за это ты поплатишься.

Он словно ждал этого момента и активировал свой артефакт."

"В меня ударило каким-то концентратом. То ли воздух, то ли звуковая волна, то ли что-то подобное. Одним словом, то, что должно было меня снести, сбить с ног и расплющить о противоположную стену, а возможно, раздавить в момент соприкосновения моих органов внутри тела. Не знаю.

Я поставил перед собой щит, поэтому волна просто обошла вокруг меня.

— Слабак, — сказал я и запустил в ответ самонаводящиеся огненные стрелы. Счёт между нами стал «один-один». Стрелы погасли, разбившись о его защиту. Там, кроме панцирей кареострисов, было ещё много всего навешано.

Я уже потянулся, чтобы вызвать огненный смерч, когда почувствовал, что яйцо, примотанное к моей пояснице, раскаляется от моей холодной ненависти и начинает на контрасте жечь бок. Я дёрнул рукой и понял, что расцарапал её. При этом ярость, управляемая хладными эмоциями и разумом, кажется, начала проявляться в мир белым пламенем.

— Ты жил, как крыса, прячась по подземельям! — рычал я. — И умрёшь так же. Я тебя сожгу, не оставив даже праха.

— Остынь, — пятился по коридорам лабиринта Шпейер. — Остынь. Давай договоримся. Я верну все панцири, сверху ещё денег дам! И мы с тобой расходимся.

Я сжал руку и увидел, что из рассечённого предплечья на пол капает кровь. Мне показалось, что само время замедлилось. Шпейер начал двигаться, как будто муха в смоле. Кровь, капнувшая на пол, загоралась. И тут, подчиняясь наитию, я вытащил кортик и резанул одну из татуировок.

— Честь семьи не продаётся! И я тоже не продаюсь.

Моя кровь смешалась с демонической. Обе жидкости раскалились и стали похожи на лаву, от которой поднимаются языки пламени. И вдруг я понял, что это не просто змейка огня — это живой огонь. Он действительно ожил, превратился в какую-то хищную тварь, не то саламандру, не то длинного дракона. Внезапно он бросился на Шпейера, обвил его вместе со всеми щитами, оплёл от ног до головы, и начал медленно сжимать.

— А-А-А, что это? — вскричал Фридрих. — Отзови своего монстра! Всё! Давай договоримся! Я отдам тебе всё! До последней копейки!

Но я с наслаждением слышал, как хрустят щиты, как трескаются панцири, как взрываются в карманах Шпейера от огня артефакты. Огненная тварь, закрутившаяся вокруг вожака бандитов, просто оторвала ему голову, сожрала её, а затем пожрала и остальное тело. Всё произошло в мгновение ока, как будто ничего и не было.

А затем, с утробным урчанием, больше похожим на довольное мурлыканье, метнулась к моим ногам.