Наследник по крови (СИ)

 — Господи, детка, что же ты, глупенькая, натворила?

Она задаёт вопрос, на который у меня нет ответа, и присаживается рядом на матрас. Едва сдерживая слезы, сканирует меня осуждающим взглядом.

Я считала, что всё делала правильно. У ребенка должны быть оба крыла — отец и мать. Но вышло так, как вышло. И меня это убивает. Ввергает в неописуемый стыд. Чувство вины, которое я испытываю перед Богом и теткой, лишает меня возможности говорить.

— А если бы я не успела? Если бы вовремя не позвонили в клинику и не прервали процедуру? Ты хоть понимаешь, чем всё могло обернуться? Ты знаешь, чего мне стоило найти тебя здесь? Я подняла на уши самого… — запнувшись, тетя скашивает взгляд на Катю, которая отмерла и решила оставить нас двоих.

— Постойте! — оклик тётки вынуждает Екатерину притормозить на полпути. — Я бы хотела забрать племянницу домой. И чем быстрее, тем лучше.

Знакомая Максима поворачивается к нам и согласно кивает.

Замечаю, как сильно Катя напряжена и как её реально потряхивает. Такой реакции на крики Пожарского не было. Отчего она так себя ведёт в присутствии моей родственницы? И что значит: «прервали процедуру»?

Откуда тётя здесь???

***— Держать Иванну в клинике больше нет необходимости, — говорит знакомая Максима. — Я выпишу ей витамины, которые она должна будет принимать.

— Не стоит, — перебивает её тётя. — Я сама позабочусь о здоровье своей племянницы и её ребёнка.

О, Боже, от этих слов моё сердце совершает тройное сальто и падает куда-то вниз.

Ребёнок? Я ничего не понимаю…

Катя сказала Максу, что мне сделали аборт…

Неужели я всё ещё в положении?

— Что ж, тогда я вам больше не нужна. Сейчас придет медсестра, она снимет капельницу.

Одежда, обувь, личные вещи пациентки находятся в шкафчике. Можете уйти, как только Ива почувствует себя лучше. Обо всём остальном не беспокойтесь, я выполню условия договора. Всего вам доброго.

Знакомая Пожарского уходит, оставляя после себя тишину и множество вопросов, разрывающих мне голову.

О каком договоре шла речь?

Что за условия?

Почему Катя так сильно нервничает, будто напугана?

Перевожу на тётю вопросительный взгляд. Мы смотрим друг на друга ещё несколько секунд, а затем меня прорывает:

— Что за договор? Почему докторша нервничает? Как ты меня нашла?

— Неважно, главное, с тобой и с малышом всё в порядке, — наконец тётя выдавливает первую нерешительную улыбку.

Сев на кровати, я самостоятельно извлекаю из вены иглу и зажимаю пластырем место прокола.

К черту всё!

Я больше не хочу никого ждать. Я жажду поскорее отсюда уйти и получить ответы.

— Тебе уже лучше? Голова не кружится? — заботливо спрашивает Лара Ивановна.

— Со мной всё хорошо. Подай мне, пожалуйста, мою одежду. Я очень хочу есть и мечтаю поскорее оказаться дома.