Наследников выбирают
Если бы в мире царила справедливость, то богатыми людьми были бы исключительно потомки умных, смелых и трудолюбивых людей, а никак не наследники воров, мошенников, пиратов и прочих проходимцев. Ну, сами посудите: человек работает, старается, что-то создаёт, хотя бы дом и дерево, а потом передаёт по наследству своим детям, дети, в свою очередь, тоже стараются и приумножают доставшееся им богатство и так далее из века в век. Как бы не так! В этот замечательный процесс постоянно что-то или кто-то вмешивается. Во-первых, природа с ураганами, наводнениями и прочими штуками, почитаемыми как обстоятельства непреодолимой силы. Во-вторых, всё те же разбойники и воры, иначе как бы они сами разбогатели? В-третьих, государство, которое в принципе с одинаковым успехом можно причислить к разряду, как природных катаклизмов, так и разбойников с ворами. Однако есть ещё в-четвёртых, а именно: наследники могут оказаться совсем не теми людьми, которым хочется что-то оставить в наследство, или вовсе дураками, которые спустят на ветер любое состояние. Ну и в-пятых, наследников у человека может просто-напросто не оказаться.Сёстры Галя и Лена неожиданно получают наследство и распоряжаются им каждая по своему усмотрению. Правильно они это делают или нет, судите сами.
– Детям лучше на машине, в метро разные микробы, бациллы.
– А ты у нас, оказывается, ещё и специалист по всем вопросам? И готовит она лучше всех, и лицо у неё есть, и знает, что для детей лучше. А чего ж ты своих детей не нарожала? Фигуру берегла? Чтобы это самое у тебя было? – Надька отняла у Галочки шифоновый шарф, кинула его на пол, схватила Леночку и сунула её в руки явно ошарашенному мужу. Девочки дружно заревели.
– Много ты про меня понимаешь, – сказала Светлана Петровна.
Она протянула Надьке заранее приготовленную сумку с детскими вещами."
"– Я всё прекрасно понимаю, ты самая настоящая мещанка, пробы ставить некуда, всё себе, себе, себе. Небось, и от пенсии, ни дня не работавши, не откажешься. Вон, даже наследство родительское себе захапала и не поморщилась, – Надька мотнула головой в сторону зеркала с отражающейся в нём картиной неизвестного художника, который, по мнению экспертов, оказался вполне себе известным, а именно Александром Николаевичем Бенуа.
– Надя! – Светлана Петровна даже рот разинула в изумлении. – Мы же с тобой договорились. Ты забыла, что я квартиру Люсеньке помогла на родительскую комнату выменять? Это серьёзных денег стоило.
– Тоже мне квартира! Небось не как у вас, новостройка малогабаритная.
– Зато отдельная! Такую, как у нас, ещё заслужить надо, по офицерским общагам и казённым трущобам помаяться. И потом это же всё, так или иначе, детям достанется, вон, девочкам: и квартира наша, и содержимое! Наследники-то у нас общие, у Игоря вообще никого кроме нас нет.
Во время этой перепалки сестёр Виктор смотрел то на одну, то на другую, Леночка у него на руках горестно рыдала.
– Мы уходим! – объявила Надька и потащила ревущую Галочку к дверям.
– Отставить, – скомандовал из дверей генерал Неверов.
От неожиданности девочки перестали рыдать. Генерал подхватил Галочку на руки и подбросил к потолку, та залилась счастливым смехом.
– Надежда, тебя тоже подбросить? – спросил он.
– Два раза подбросить и один раз поймать, – брякнул Виктор.
– Заткнись уже, – порекомендовала ему Светлана Петровна.
– Пойдёмте, я провожу, – не спуская с рук Галочки, сказал генерал, – машина у подъезда.
Все ушли, а Светлана Петровна плюхнулась в кресло и уставилась на умазюканое детьми зеркало венецианского стекла. Какая же неблагодарная дура эта Надька! И сколько всего интересного про себя можно узнать от родного человека! И детей-то она не рожает, чтоб фигуру не портить, и не работала, оказывается, ни дня.