Наследница драконов
Надежда Михайловна Кузьмина
Лорд Регент не стал дожидаться вердикта Алсинейля, который тоже потянулся к стакану.
— Взять его, в тюрьму! Я допрошу его лично! А лучше казнить прямо сейчас! — Дядин перст, указующий на несчастного придворного, трясся от гнева.
— Но я же… — начал синий.
— Ма-алчать! — рявкнул лорд Фирданн. — Увести!
— Мы хотели бы поучаствовать в расследовании, — мягко улыбнулся Владыка. — Все же принцесса Астер — приемный член моей семьи.
— Да, да, конечно, — закивал дядя.
Эх, бедный синий… Сегодня им никто заниматься не станет, времени на это нет. А до утра ему не дожить… И знал ведь, на что и для кого идет!
— Лорды, могу я попросить принести мне стакан чистой воды? — осведомилась я мягким мелодичным голосом.
— Конечно, принцесса, — улыбнулся Борден. — И я сам проверю, что именно вам принесли. Кстати, теперь моя очередь задавать вопросы?
Нет, я обожаю этого ректора! Это ж надо такое придумать!
— Представьте себе, что некий гном из Восточных гор подписал договор с эльфом, обязуясь изготовить мебель для его дома. Взамен он хочет получить изготовленные в Мириндиэле кирки и лопаты. Какие документы нужно оформить партнерам и сколько отчислений придется им оплатить в казну Империи, — выдал Борден.
Эльфы округлили глаза. Присутствующие в зале несколько гномов негодующе зашумели. Ничего себе вопрос!
— Уважаемый лорд Барракш! — начала отвечать я. — Если бы дело касалось неких абстрактных групп товаров А и Б, которыми эльфы и гномы обменивались на описанных вами условиях, я бы сказала, что речь идет о транзитных поставках, таможенный сбор с которых в пользу Империи равен нулю, если товары не задерживаются на нашей территории дольше разумного оговоренного законом срока в полгода, достаточного, чтобы пересечь Империю из конца в конец при любых погодных условиях.
Но вы упомянули вполне конкретные товары… Так вот, уважаемый лорд Борден. Согласно Горному кодексу гномы самолично изготавливают весь инструмент для своего клана.
Я перешла на гномий, процитировав соответствующую статью кодекса.
— С другой стороны, для представителя дивного народа кажется невозможным заказать такой предмет интерьера, как мебель, у представителя расы, чьи эстетические вкусы и менталитет столь несхожи с эльфийскими.
Поэтому, видя явную нелепость и невозможность таких взаимопоставок, я заключаю, что данный договор маскирует нечто совсем иное.

















