Наследница драконов

Именно в тот момент, когда мы огибали по обочине здоровенную лужу, с нами поравнялась запряженная парой вороных карета с массивным золоченым гербом. Возница подхлестнул лошадей, и экипаж промчался по луже, обдав почти до седел жидкой грязью коней и наши ноги. Ти эмоционально выразил свое мнение насчет произошедшего на неизвестном мне языке — по-моему, это был троллий. Я взяла на заметку, что надо бы попросить научить и меня, если, конечно, мой принципиальный жених-полиглот опять не заведет знакомую песню «никакого тролльего до свадьбы…». Но смысл послания Ти я уловила и посодействовала воплощению его желаний в жизнь — когда карета въехала в следующую лужу и пешие путники шарахнулись от нее на обочины, у экипажа отвалилось колесо.

Карету перекосило, кучер, продолжая держаться за вожжи, полетел мордой в грязь, а изнутри послышались вопли все на том же тролльем.

«Переведешь?» — бросила я мысль Тиану.

«Девушкам до свадьбы знать таких слов…»

Я прыснула. Ну как точно я предсказала его реакцию!

Когда мы поравнялись с застрявшей каретой, вокруг которой суетился перемазанный до бровей грязью кучер, дверь распахнулась и оттуда показалась унизанная кольцами белая рука.

Перст брезгливо ткнул в сторону Ти.

— Ты! Слезь с коня и помоги поставить колесо!

«Угу, сейчас, — послал мне ироничную мысль жених. — Как же не помочь такому приятному вежливому господину, а то я недостаточно перемазался в грязи».

Мы шагом, чтобы не сбить на узком месте никого из пешеходов, по сухой бровке объезжали лужу.

— Ты слышал, что я сказал? — Из кареты раздалось громкое сопение.

— Слышал. И еду дальше. Я свободный человек в свободной стране и готов защищать свое право мечом… — Ти замолчал, но потом, очевидно, что-то поняв насчет хозяина экипажа, продолжил: — И с помощью родственных связей.

Пыхтение в недрах экипажа смолкло.

— Похоже, некоторые люди, взобравшись повыше по социальной лестнице, совершенно теряют при этом человеческий облик, — пожал плечами Ти.

Ближе к вечеру мы въехали в Тарган.

* * *

Город мне понравился — он казался удивительно солнечным. Двух— и трехэтажные дома с черепичными крышами были сложены из светлого известняка, и почти у всех на фасадах красовались вставки, барельефы, ажурное кружево из удивительной красоты желтовато-медового камня.

Это и придавало улицам нарядный вид — даже в тени казалось, что на фронтонах зданий играют солнечные лучи.

Ти рассказал мне, что неподалеку в холмах находятся каменоломни и что баснословно дорогой в других концах Империи янтарный мрамор — так называется этот камень — тут можно купить по вполне приемлемой цене.

— А почему тогда он настолько дорог в остальных местах?

— Он очень тяжелый и плотный, но при этом довольно хрупкий.