Наследница драконов

Удивительно, но оказалось, что Ар никогда раньше так не ловил рыбу — гоняясь за ней и руля рыбьим хвостом! Кстати, русал из Повелителя вышел на загляденье — была бы русалкой, точно влюбилась! Эльф кинул на меня хитрый взгляд. Ага, не дождется! Повернулась к нему серебристой попой и погналась за стайкой окуней размером в пару ладоней каждый. Наконец, поймав десяток рыб, чтобы наверняка хватило на всю компанию, мы решили, что пора возвращаться.

Естественно, раз уж меня с утра пробило на всякие мелкие пакости, то не сотворить очередную я просто не могла. Затянув Ардена в гущу зеленых водорослей, пучками надергала склизких стеблей и понавешала их на голову и талию растерянно моргавшего Повелителя.

Опутанный длинными мохнатыми гирляндами Арден превратился в незнакомое чудовище с бледным лицом. Потом я занялась собой, превратившись в утопленницу недельной свежести. Наконец, подумав, что чего-то в нашем имидже не хватает, подобрала со дна пару пустых двухстворчатых устриц и прицепила их нам на носы — тут Арден ойкнул и стал пускать пузыри. Ну вот, теперь берем кукан с рыбой в руки и идем будить друзей!

Появление со дна речного двух «водяных» с прищемленными носами стало воистину триумфальным.

Оказалось, что пока нас не было, на поляне появился какой-то совершенно посторонний небритый мужик, который, посмотрев на свободно пасущихся лошадей и их нерадивых спящих хозяев, решил поправить свое материальное положение, уведя наш транспорт. То, что Сивка, Бурка и компания находятся под охранным куполом, оказалось для него непонятным сюрпризом. Осознать, что за безобразие творится — лошадки, они же вот, рядом, а достать нельзя! — мужику оказалось не по силам. Вот он и кружил по периметру защитного поля, матерясь сначала тихо, а потом громче и громче. И тут из реки появились мы.

Мужик выпучил глаза и заорал. Шон с Ти, уже почти проснувшиеся от его ругани, подскочили со спального ложа, приземлились задами в холодную мокрую траву, огляделись — нас нет, посреди поляны бьется какой-то ненормальный в истерике, а из реки лезут два похожих на копны сгнившего сена чудища — и завопили тоже. Лошади, включая обычно меланхоличного Бурку, шарахнулись и заржали, внеся свою лепту в переполох.

— Ну вот, и будить уже никого не надо. Все сами проснулись, — невозмутимо констатировал Арден.

Я, согнувшись от хохота вдвое, свалилась на траву — утро удалось на славу!

Незадачливому конокраду не повезло — он попал под раздачу. Выяснив, что криминальная личность не просто бескорыстно любит чужих лошадок, а тем и живет, я разрешила Шону поэкспериментировать на нем с заклинанием стазиса. Мы поочередно замораживали и размораживали мужика, одновременно следя за его мыслями.