Наследница драконов

Как только я уловила баланс, дело пошло на лад. Ти только головой качал, глядя, как раз за разом я с дистанции в дюжину локтей всаживаю лезвие в деревянный щит, который он укрепил на стволе дерева. Потом он показал мне, как можно использовать магию, чтобы направлять и ускорять кинжалы, а также выдергивать их из мишени и возвращать в руку. Целый час, постепенно увеличивая дистанцию, я метала нож за ножом, представляя на месте мишени то кузена Ру, то белобрысую ехидину, развалившуюся на траве неподалеку. Ти с интересом следил за моими упражнениями.

– Бель, похоже, у тебя природный дар. Напомни мне потом проверить, может быть, у тебя есть талант и к стрельбе из лука. А теперь расскажи, платья какого покроя вы носите при Дворе?

Я удивленно посмотрела не него.

– Я думаю, стоит предусмотреть несколько тайных карманов для метательных кинжалов и стилета. Один можно спрятать в корсаже, еще для пары сделать незаметные прорези в складках юбки… Девы-воительницы из Храма носят метательные ножи под подвязками на бедрах, – продолжал рассуждать блондин.

– Представляю себе удивление кузена, если он однажды отважится заглянуть мне под юбку, – хихикнула я. – Ти – ты параноик!

– Есть старая пословица: параноик – второе название долгожителя, – невозмутимо парировал Тиану.

На прощанье парень притянул меня к себе:

– Знаешь, я все же за тебя волнуюсь. Пожалуй, попрошу кое-кого присмотреть за тобой. Может быть, это и не понадобится… но мне так будет спокойнее.

Интересно, о ком он говорил?

* * *

Следующим утром я проснулась от громкого ржания, доносившегося из окна. Быстро оделась в охотничий костюм и, плеснув водой в лицо и сунув яблоко в карман, помчалась во двор, посмотреть, что происходит. Оказалось, придворные лорды, которым помогали гвардейцы, заезжали в большом загоне молодых лошадей. На жеребенка нельзя садиться слишком рано – можно навсегда искалечить его, дав слишком большую нагрузку на позвоночник. Поэтому самых ценных коней императорской конюшни не трогали до трехлетнего возраста. До этого времени их только приучали сначала к недоуздку, потом к уздечке и гоняли на корде. В результате заездка молодых зверюг трех локтей в холке и весом в двадцать пять пудов превращалась иногда в настоящее родео. К чести дяди, лошадей он любил и строго требовал хорошего к ним отношения. Мучительство жестоко пресекалось.

Но сейчас происходило нечто экстраординарное. У изгороди загона, витиевато матерясь, отряхивали друг друга от пыли несколько гвардейцев. На противоположном конце левады, затейливо ругаясь, тем же самым занимались три придворных лорда. Посередине загона, ехидно скалясь и расставив копыта, стоял трехлетний сын Тайфуна – Черный Ветер.