Наследница драконов

Шон уже давно сполз по стенке на землю и, уткнув нос в колени, всхлипывал и хрюкал. Ржать в голос он больше не мог, сил не было.

Поиздевались над нами знатно. В моем поле зрения маячил нос картошкой, заставляя все время скашивать глаза. А под носом начиналась борода. Черная. С сединой. Судя по всему, мой возраст теперь исчислялся не в годах, а в веках."

"Тиану выглядел не лучше — псиво-рыжий, шкафообразный, на коротких ногах, с бровями как у филина и бородой до пупа. Может, среди гномов он был бы красавцем, но во мне его вид никакого энтузиазма не вызывал.

Когда мы уселись на двух приведенных вчера Арденом наемных одров пенсионного возраста с говорящими именами Хребет и Селедка и приторочили к багажу эльфийские луки, истерика пошла по второму кругу.

— Ой, гномы верхом, да еще с эльфийскими луками…

— А бороды-то, бороды!

— Два богатыря-я… — завыл Шон, сложился и рухнул на землю, прижав коленки к животу.

— Сейчас мы вам луки под кирки замаскируем! — потер руки в предвкушении Арден.

— Стрелять из кирки?

— А гном с луком?

— Нет, ну верхом с киркой? Это как?

— А с чем? Могу сделать лопату!

— Грабли сделай!

— Какие грабли? Зачем гномам — грабли?

— Может, топор?

— Стрелять из топора?

Я поняла наконец, зачем нужна борода.

Ее надо грызть, когда ржать уже не можешь. Но, похоже, мое озарение пока не стало всеобщим достоянием.

— Бель, вынь бороду изо рта! Что ты, как маленькая, всякую гадость в рот тянешь? Чай не моль какая!

— Это не гадость, — оскорбилась я. — Это — моя борода!

— Хочешь, оставим ее тебе насовсем?

— Рррр! — Разозлили! Как бы отомстить? Аа-а! По кубику льда в штаны чересчур веселым, чтобы отвлечь внимание, а пока они с воплями прыгают выше головы, создаю за их спинами фантом черного волкодлака, который присоединяет свое басовитое «Рррр!» к моему.

Сколько радости можно подарить ближним, затратив ничтожно мало усилий!

Ой, я и забыла, что мы верхом сидим! И что лошади, даже преклонного возраста, на волкодлаков реагируют нервно. Хребет и Селедка выпучили глаза, заржали и рванули спасаться… Со двора Тиану мы вылетели галопом, чуть не вынеся ворота.

* * *

Галарэн скрылся за поворотом дороги. Даже башни Академии исчезли за деревьями и отрогом горы, наползающим на долину, по которой извивался наш путь.

Я оглянулась в последний раз… а потом стала смотреть вперед.

Верхом нам предстояло трястись два дня. Потом дорога заканчивалась, и начинались горы, которые тут называли Драконьими. У конца торного пути стояла небольшая деревушка с чудным названием Сэгов Зад — последний приют для путешественников, охотников и старателей, рискующих углубляться в нехоженые места. Не знаю, кем был этот Сэг, но память он о себе оставил странную.