Наследница драконов

Поучится чему-нибудь полезному, посмотрит столицу, а заодно поможет Лане, которая ждала появления ребенка приблизительно через месяц.

У меня возникла смутная идея, как можно отбить поместье отца Лиррит у убийц, не дав им сбежать через портал и даже поднять тревогу. Теперь, когда мы умели блокировать любую магию, кроме драконьей, можно было отсечь и амулеты связи, и телепорты от источников магии и вывести их из строя. Только непонятно, область какого размера мы можем изолировать за один раз? Шон обещал поработать… у нас была еще неделя на подготовку.

Маги Мириндиэля приступили к облету Империи.

Карту разбили на квадраты, которые потом тщательно прочесывали, не пропуская ни одного угла. Пока ничего не нашли, но охота только началась.

* * *

— Принцесса Астер! Племянница! Как же нам не хватало тебя, девочка!

Я сделала вид, что споткнулась, одновременно уклонившись от объятий лорда Фирданна. Как метко написал один поэт: «Давно я не встречал гадюки. И что-то не скучал в разлуке!»[1] Изображавший Ирис Тиану ловко поддержал меня под локоть, в то же время загораживая от распростершего длани дядюшки.

— Как же мы соскучились… — Дядюшка Гвидо, изогнув руки кренделем, попытался подъехать с другой стороны.

Он что, всерьез собирается меня прижать к груди? Да я ему сейчас сама нос откушу! Или лучше отрежу — кусать такого противно!

Тиану резво вклинился между нами, успев подхватить большую ковровую сумку, судя по виду — с обувью. И, поскользнувшись на булыжниках двора, уронил ее дяде на ногу. Дядя взвыл.

«Что там было?»

«Не знаю! Но я утяжелил это магией! Пусть лапы не распускает!»

— Дядюшка, — я присела в реверансе, — я тоже рада вас видеть! Но как вы можете так нарушать заветы Храма? Благородным девицам до свадьбы негоже обниматься с мужчинами!

Дядя посмотрел на мое бледное осунувшееся лицо с синяками под глазами и вздохнул.

Да, не такой встречи он ждал. Хотя какой смысл обниматься с тощей кикиморой с лицом цвета брюха дохлой жор-рыбы? Никакого удовольствия! Была худышка — стала монашка!

«Да, что-то я тут перемудрил…» — мелькнуло в дядюшкиной голове.

Я захлопала ресницами, сдерживая смех.

— Дядюшка! Как я благодарна вам, что попала в этот чудесный монастырь! Как бы иначе я смогла узреть истинный путь? — приложив ладонь к груди, запрокинула голову, прикрыла глаза, как анемичная курица, и громко затянула визгливым фальцетом:

Славься, святая Цецилия дева!Путь нам пресве-етлый ты указала.

Жизнь целомудрия клятвой связала…Блага мирские отринуть велела…

Дядя закатил глаза. Тиану, который уже слышал сегодня мою репетицию, ментально ржал, как-то умудряясь сохранять восторженно-идиотское выражение лица. Кучер ретировался за угол кареты и там заткнул уши, гвардейцы у дверей сморщились, как от зубной боли.