Наследница драконов

Сбудется розовая мечта идиотки — коллекция женихов побольше! Может, еще к викингам слетать? Вдруг у них тоже какой-нибудь бесхозный принц завалялся? Или у них не принцы, а конунги?

Но и водить за нос Шао бесконечно не хотелось. Он стал мне другом и даже больше…

— Обещай. Клянись честью дракона, — посмотрела я в упор на принца.

Шао отвел глаза. Задумался. Ага, и хорошо, и плохо… Думает — значит, воспринимает клятву всерьез. Но сомневается. Вот посмотрим — если начнет формулировать оговорки, то правильно я молчу.

Пируэт, еще один… Наконец, Шао решился.

— Астер, я клянусь честью дракона, что все, что ты мне будешь рассказывать, останется только между нами. Я верю, что ты не скроешь ничего, что могло бы угрожать моей стране или моим родителям. — Шао закончил и с облегчением выдохнул воздух. — Уф!

— Вот теперь слушай и не спотыкайся, — присела я в реверансе перед отдавшим мне поклон золотоглазым красавцем. — Я была в паломничестве и пила из озера Полумесяца прошлым летом. Это был единственный способ сохранить себя, войти в силу и приобрести устойчивость к ядам и приворотным зельям.

— Вот это да! — выдохнул Шао.

— Но это между нами, — улыбнулась я. — К Тер-Шэрранту мое путешествие никакого отношения не имеет.

— Долго ходила?

— Почти полгода, — вздохнула я.

— Но как? Как ты скрыла это?

— Да легко. В монастыре-то святой Цецилии меня никто в глаза не видел! Кого б я туда ни послала, все б сошло…

— Ну ты…

— Ага! — радостно улыбнулась я. — А ты когда ходил, долго блуждал?

— Больше четырех месяцев… — вздохнул Шао.

— Ты про плато? А я шла на лыжах!

— А лыжи откуда? Ты с собой еще и лыжи несла? — изумился Шао.

Разговор плавно перетек на лирические воспоминания о местах боевой славы. Надеюсь, с вопросами на сегодня покончено. А вот интересно, когда мне стоит его просветить, что я и Наринель — одно лицо?

«Когда сочтешь нужным, — пришла мысль от Ара. — Рассвет говорит, что силен достаточно и уже не исчезнет».

Эх-х… Вот сказал бы он еще, когда собирается вылетать…

* * *

В среду на второй паре мы учились седлать мамонтов, одновременно зазубривая на викинговском названия частей сбруи.

Увы, мамонты стадами по академическому парку не разгуливали и на лужайках не паслись — поэтому занятия проводились в музее Академии, где имелось чучело волосатого слона, одна штука. По нему-то и ползали поколение за поколением студенты, пытаясь понять, где у этой мохнатой горы холка и как пристроить шлею так, чтобы седло не сползало.