Наследница драконов
Надежда Михайловна Кузьмина
В конце концов, что мне может грозить? То, что в первый раз может быть больно, я уже знала и совершенно не боялась. Я же не хлипкая человеческая девица, просидевшая всю жизнь у окошка с пяльцами. Я — дракон! И я их люблю. Так что я готова, что бы там ни было.
— Мм-м… А если сделать вот так? — нарисовала я в голове схему.
— Нет, в такой позе не выйдет! А если воспользоваться магией, то можно попробовать вот так! Но, Бель, пообещай, что если не получится, мы сделаем все, как нормальные люди.
— Мы не нормальные люди, а маги и драконы, и у нас получится! — засмеялась я.
Над постелью, в наклонной колыбели из силовых нитей на спине лежал Арден.
Верхом на его бедрах, лицом к нему, под таким же углом к кровати, устроился Тиану.
Мне предстояло опуститься сверху.
Ритуал — пришло в голову слово. То, что мы собирались сделать, было не спонтанным актом любви, а именно ритуалом… Засмеялась — все у меня не как у людей. Даже у прабабки Рамин не было таких проблем, ведь она вышла замуж за двоих вторым браком. Но если мы справимся сейчас, потом нам будет уже ничего не страшно!
Эльфы славились реакцией и координацией движений, и я решила, что можно попробовать касаться меня по очереди, постепенно усиливая нажим.
Ар предупредил, что при таком способе, когда все делается не одним движением, а постепенно, мне может быть больнее, чем бывает девушкам обычно. Я ответила, что не боюсь. Честно говоря, сейчас мне море было по колено — я была уверена, что мы поступаем правильно.
Уцепившись за руку Тиану, поднялась на ноги и посмотрела на ждущих меня мужчин. Темные взгляды, напряженные тела. Заводит и одновременно пугает. Сглотнула — боюсь! Но не покажу этого никому… То, что я делаю, — правильно, потому что сделает всех нас счастливыми.
Взлетела и осторожно стала опускаться сверху — спиной к Ти, лицом к Ару. Мм-м, а с волосами, висящими ниже попы, что делать? Они не будут мешать?
— Бель, хватит. Замри вот так, — рука Ти отвела мои волосы за плечо, потом костяшки пальцев прошлись по позвоночнику, заставляя выгибаться. Арден смотрел на меня так, будто я была для него и пищей, и водой, и глотком воздуха. Взгляд любящий, жаждущий и в то же время открытый и беззащитный.

















