Наследница драконов

— Ну попроси ее тогда, чтобы после превращения в единорогов на нас хоть штаны оставались! А то неудобно же! — буркнула я в ответ.

Дух захохотал:

— Передам! А сообразишь, как меня зовут?

У нас тут сегодня что, викторина? Угадай по двум буквам?! Ну да ладно, мне не сложно!

— Судя по тому, что драконы все подряд — от вулканов до своих детишек — называют на «Ш», именно это — первая буква твоего имени. Еще, думаю, там есть «р». Штуки две. А может, целых три!

Ну что, получила?

Дух обиженно вздохнул:

— Так нечестно — ты слишком умная! Шарр'риоран. Угадала.

Ну вот, богиня, а ведет себя как Нара, которую при игре в салочки за слишком длинный хвост цапнули! Но как интересно — оба имени созвучны слову «магия» на языках эльфов и драконов.

Про родителей, способных дать девочкам такие имена, я точно спрашивать не буду. И вообще, надо завязывать с этой прикладной лингвистикой. Конечно, приятно звать богиню по имени… но намного больше меня волновало то, что она сказала парой часов ранее про моего отца. Что еще есть надежда…

— Да, Бель, есть. Очень слабая, смутная… но есть. Ты знаешь, я никогда не солгала бы.

Ну и хорошо. Значит, повременим с оплакиванием и живем дальше! И делаем то, что должно.

Перед тем, как покинуть долину, мы отправили Шона ловить тура, а сами, раздевшись донага и зайдя в воды озера Полумесяца, объединили ауры. Это было чем-то невероятным — невесомые в воде тела, ощущение слияния не только с любимыми, но и с силами самой природы. Нам не хватало рук для ласк, губ для поцелуев, любые объятья были недостаточно тесными… а потом как-то само собой вышло, что мы повторили то, что делали в нашу первую ночь. Только в этот раз это оказалось естественным и легким, как дыхание.

Мы были едины с самого начала, и слияние тел стало всего лишь завершающей нотой в гармонии единения наших душ. Звезда, центром которой были мы втроем, пылала снежно-белым и ярко-алым, каждое движение и прикосновение рождало взрывы чувственности небывалой силы, выплескиваясь в окружающее пространство сияющими волнами и искрящимися протуберанцами. А потом мир взорвался, и я стала сверхновой…

В себя пришла на берегу, уткнувшись носом в песок. Подняла голову, повертела, похлопала глазами. Ага, Арден и Тиану тут, рядом.

Лежат кверху задами. Вроде дышат. Ну нас и долбануло! И сколько мы уже так загораем?

— Шон вернется через полчаса. И спасибо…

Оглянулась на озеро — оно светилось! Сколько же силы мы выплеснули?"

"— Много. Очень много… Мне пришлось вас вытаскивать — вы отдали себя целиком. Хотя прелесть в том, что меньше у вас не стало. Чем больше отдаете, тем больше становится. Но, девочка, ты уверена в том, что сделала?

О чем это она? Что я сделала? Мы сливались и соединялись в любви десятки раз.