Навь. Книга 5

— Половину вперед, — нагло заявил дедуля. — У тебя деньги-то есть?

— Ну пойдем вниз, покажу, — согласился я. Светить на улице баксами — верх безрассудства.

Мы спустились вниз, и я продемонстрировал дедуле две пачки зелени.

— Э, куда руки тянешь! — я отдернул от граблей потянувшегося к деньгам деда пачку. — Никаких вперед, знаем мы таких желающих.

— Тогда не поеду! — заявил дед.

— Хорошо, — невозмутимо сказал я, убирая деньги в сумку. — Значит, не договорились, пойду других желающих поищу.

— Аванс нужен! — уже менее уверенно заговорил дед.

Я отслюнявил ему десять Бенов Франклинов, чтобы показать серьезность своих намерений, да и чтобы он вел себя потише и не шатался по округе стрельнуть денег на горючку.

— На горючку. Половина — когда выйдем в дальнюю морскую зону, оставшееся — по прибытию.

— А не боишься? — прищурился дед.

— Нет. Так что, по рукам?

— Подходи к десяти вечера, тогда и отплываем.

— Хорошо.

Вечером, когда я пришел на пирс, все было на мази, дедуля уже возился у швартовых.

— Прыгай на борт!

Я легко спрыгнул с пирса на вызывающую подозрения своей крепостью палубу.

— Готов?

Я кивнул.

— Ну тогда поехали!

Дедуля оттолкнулся ногой от причала, и когда лодка стала дрейфовать, прошел в типа рубку вида деревенского сортира, и встал за руль. Зафырчал мошный мотор, за транцем вскипела вода от винтов, и корыто, медленно набирая ход, поплыло в ночь, освещаемое только большими влажными звездами тропических созвездий.

Само плавание запомнилось мне не очень — я проблевал почти всю дорогу. Есть у меня очень неприятная черта — плохо переношу рыбный запах. А лодка, пропахшая несвежей рыбой, для меня пыточный агрегат почище армейских портянок, от тех хоть не блевал.

Дедуля был опытный, сразу вывел катер в дальнюю морскую зону, и рулил по своим приборам, мне только оставалось время от времени сверяться с GPS, чтобы понять где я нахожусь. За все время плавания — ни души вокруг. И дедуля мне заливал, что он не контрабас? Да щаз, поверю я. Скорее всего не раз занимался этим. Поползновений выкинуть меня за борт тоже не делал, и избавиться другим способом тоже. Видимо, понимал, что скорее всего за бортом останется он.

Запиликал телефон спутниковой связи — о, это что-то новенькое.

— Слушаю, — сказал я по-английски.

— Понял. Ты где? — в трубке раздался голос Воронцова.

Я продиктовал ему координаты, судя по которым мы уже вошли в воды напротив берега Венесуэлы, болтаясь за пределами двенадцатимильной зоны.

— Следуйте в точку рандеву с координатами…

Я записал координаты на листке помятого картона от ящика с консервами.

— Как прибудете в эту точку, ложитесь в дрейф и выпустите красную ракету, вас подберут.

— Понял, — я отбился.