Навеки мой

Нужно лишь ответить согласием…

Однако первое правило азартных игр гласит: «Легко пришли, легко ушли». Сегодня удача была явно не на стороне герцога, но это вовсе не означало, что Софи окажется в выигрыше и на сей раз.

– Не сегодня, сэр, – с сожалением ответила она. – Я сохраню те деньги, что успела у вас выиграть.

– Я не совсем ясно выразился. Вы не потеряете ни фартинга.

Софи совершила ошибку, снова посмотрев на герцога. Не обращая внимания на перешептывания окружающих, он выпрямился в полный рост и сложил руки на груди. От этого его плечи казались очень широкими, а руки – сильными. На лице появилось такое сосредоточенное выражение, что сердце Софи отчаянно забилось. Она хотела отвернуться, чтобы избежать взгляда голубых как море, глаз, но не могла.

– Одна неделя в вашем обществе. Вот чего я хочу.

Если бы Джек увидел человека, повторяющего его сегодняшнее поведение, то наверняка решил бы, что тот сумасшедший. И вот теперь он отчетливо сознавал, что лишился рассудка. Оставив без внимания голос разума, он устроил сцену. Джек не просто попытался удержать брата от банкротства, а дал лондонским сплетникам пищу для пересудов на долгое время. Он не сомневался, что скоро весь город узнает о разразившемся в клубе скандале, несмотря на попытки Дэшвуда предотвратить утечку информации. Хуже всего было то, что Джек нарушил собственную клятву не подходить к игорному столу. Он позволил втянуть себя в игру, придуманную для того, чтобы в считаные минуты превратить человека в нищего.

Однако было в этой женщине нечто такое, что заставило его забыть обо всем. Пока они играли, ее волосы выбились из прически, а один локон упал на шею, перепутавшись с черной ленточкой. Каждый раз, когда женщина наклонялась над столом, чтобы взять кости или фишки, глаза Джека помимо его воли останавливались на этом локоне, который будто так и умолял поймать его, а потом зарыться лицом в копну каштановых волос и вдохнуть их аромат. Он даже представлял, как прижимается к нему ее роскошное тело. Когда миссис Кэмпбелл улыбалась удачному броску, Джек думал не о проигранных деньгах, а о том, каковы на вкус эти пухлые розовые губы.

Настоящее сумасшествие!

Уже давно ни одна женщина не действовала на него подобным образом, и собственные эмоции ошеломили Джека. Он беспомощно смотрел на нее, прекрасно понимая, что она флиртует с каждым распутником, прижимаясь к столу так, чтобы окружающие могли разглядеть ее грудь, обрамленную ярким красным декольте. Женщина выставляла ее напоказ так, что герцог не мог не обращать на нее внимания. Неудивительно, что Филипп нарушил клятву.