Навеки

Ну, конечно, еще одно испытание, которое мне придется пройти.

Я поняла, что Генри не собирается развивать эту тему, и решила поговорить о чем-нибудь другом.

– Что вы знаете об Амелии и Мартине?

Генри ослабил хватку.

– Пить не хочешь? Сосед приготовил для меня большой кувшин лимонада. Пожалуй, неплохо бы…

Я вскочила и буквально побежала в его дом. Чем быстрее принесу лимонад, тем быстрее услышу историю. Войдя в помещение, я замедлила шаг. Домик был маленький, но уютный, очень опрятный и идеально чистый. С одной стороны располагались спальня и ванная, а с другой – симпатичная кухня, объединенная с миленькой гостиной.

Я открыла старый холодильник, достала кувшин с лимонадом, затем взяла из буфета два стакана.

Не требовалось экстрасенсорных способностей, чтобы представить себе жизнь Генри. Люди любили его, но, очевидно, не кормили. Холодильник содержал обглоданного почти до костей жареного цыпленка, три яблока и пакет с молоком на донышке. В шкафу над раковиной обнаружилась ополовиненная коробка хлопьев.

Захватив лимонад, два яблока и тупой ножик для чистки, я вышла на улицу и присела рядом с Генри.

Я срезала кожуру с яблок и подавала старику дольки, которыми он хрустел, пока рассказывал.

В отличие от Дельфии и Нарциссы, Генри когда-то обожал читать, а так как он прожил в маленькой комнатке в задней части особняка «Тринадцати Вязов» долгие годы, пока работал там, у него нашлось время, чтобы прочесть, как он выразился «все бумаги в доме, на которых имелись буквы». Это Генри систематизировал старые купчие на рабов.

Он с помощью своего ясновидения, старых дневников и коробок с письмами, а также парочки местных преданий сумел составить полную картину произошедшего.

Эдвард Барристер, владелец «Сотни Вязов», как тогда называлась плантация, встретил пожилого Чарльза Фрейзера в спортивном клубе в Новом Орлеане.

– Азартные игры или девочки? – спросила я.

– Игры, – ответил Генри. – Мужчины подружились, и Фрейзер представил Барристера семье своего сына в Огайо. Он надеялся, что Эдвард женится на его внучке, Амелии."

"– Мистер Фрейзер знал, какого рода плантация была у Барристера?

– Не могу сказать точно, но уверен, для него это не имело особого значения. Фрейзер слышал от приятеля, что Эдвард Барристер неплохо обеспечен, и поэтому счел союз с ним желательным.

И, конечно, старик хотел, чтобы его внучка переехала в Алабаму поближе к нему.

Я уже знала большую часть остальной истории. Амелия Фрейзер вышла замуж за Эдварда, переехала на его плантацию по разведению рабов в Алабаме и долго жила там, превозмогая отвращение. Одинокая, несчастная, с мужем, проводившим большую часть времени в хижинах с рабынями, она влюбилась в красивого раба Мартина и родила от него ребенка.