Навеки твоя

Эмиль схватил его за руку и стащил с капота, а когда тот с глухим звуком свалился на землю, подволок к двери. Все происходило быстро и четко. В отблесках света я увидела сосредоточенное и жесткое лицо мужа: он вынул из кармана пиджака что-то блестящее. Что это, я поняла, когда он набросил металлическое кольцо на запястье и вторым концом пристегнул Андрея к двери.

— Я сказал, в машину, — прорычал он, надвигаясь на меня.

Эмиль схватил меня одной рукой и прижал к плечу, взваливая на себя. Рука дрожала, мышцы перенапряглись, но он поднял меня даже после драки, оставляя липкие следы на спине. Я обернулась, поверх плеча глядя назад. За машиной я не видела Андрея — он кашлял на земле, пока не понял, что меня уносят.

— Дина… — глотая согласные, проорал он и рванулся следом, чуть не вырвав прикованную руку. Как собака в строгом ошейнике, которая причиняет себе боль, но не может остановиться и рвет цепь. — Ласточка! Я тебя убью, подонок! Если хоть пальцем ее тронешь, я тебя пристрелю, как бешеного пса!

— Это моя жена, — спокойно парировал он, как куклу, забросил меня на заднее сиденье и сел вперед.

Антон начал сдавать назад. Чтобы не видеть, как беснуется Андрей, пытаясь вывернутся из наручников, в аффекте забывший о травмах, я спрятала лицо в ладонях.

— Дина, нет! Нет, нет, нет! — когда он понял, что меня увозят, голос потерял остатки четкости, он орал, как животное, чью самку забрали, а он проиграл противнику.

— Шевелись, — Эмиль поднял стекло, и в салоне стало тише. — Сейчас менты нагрянут. У нас будет фора, его людей задержали, возьмут его, отвлекутся, может, проскользнем через кордон. Надо попробовать, Антоха… Чуть броник не пробил мне, тварь.

По шороху я услышала, что он обернулся, и опустила дрожащие ладони. Муж в упор смотрел на меня серыми глазами. Без эмоций. Просто прозрачный взгляд, как у волка.

Я замерла, глотая соленые слезы. Сжала в горсти руки, большими пальцами внутрь — прикрыла лицо, то ли прячась, то ли защищаясь. Я боюсь тебя. Боюсь сбитых костяшек, взгляда, боюсь твоих чувств…

— Хорошая идея, — оценил Антон.

— Еще как хорошая! — Эмиль страшно рассмеялся, хлопая Антона по плечу испачканной рукой. Мне он не сказал ни слова.

Я обернулась, чтобы в последний раз увидеть, как мечется прикованный Андрей, но он понял — все бесполезно и затаился.

Выбирались мы дворами, затем второстепенными улицами. Мужчины дергались каждый раз, как слышали сирену. Антон, избегая крупных улиц, кружил по центру. После дерзкого выстрела Андрея город стоял на ушах.

— Сегодня лучше не рисковать, — решил Эмиль, когда очередная попытка выехать на большую дорогу провалилась. — Ночью из города не выберемся. Включи радио.

Антон переключал, пока не забубнили новости. Они сами ничего не знают.