Навязанная жена. Единственная

"

"— Средство безопасности, — завязывая какой-то хитрый узел, ответил он. — Кабинку иногда трясет, а благодаря этим ремням безопасности ты останешься на месте и не пострадаешь.

Рейган сел в соседнее кресло, проделав ту же процедуру со своими ремнями, и закрыл глаза.

Места в кабинке было катастрофически мало. Настолько, что наши колени упирались друг в друга, а локтями я касалась стен. Ситуация ухудшалась из-за отсутствия окон. Нас словно в коробку посадили, которая освещалась лишь тусклой светящейся лентой на низком потолке.

— А как мы полетим?

Мне стало чересчур жарко и душно. Я расстегнула пальто и поправила воротник блузки, который вдруг показался слишком тугим.

— Как всегда, — не открывая глаз, отозвался Рейган.

В глубине души закопошилась совесть. Обычно она редко копошилась, но тут вдруг подала голос. Еще и громко так.

— Устал? — поинтересовалась я.

Но лишь для того, чтобы завести разговор, иначе вот так сидеть в тишине было неловко. Да еще и страшно. Сидишь, прислушиваясь к тому, что творится снаружи, от каждого щелчка и треска вздрагиваешь, после каждого покачивания пальцами в подлокотники кресла впиваешься.

Рейган медленно разлепил веки.

— Неужели волнуешься за меня, Фрэн? — мягко спросил он.

Неожиданно смутившись, я поспешно пояснила:

— Нет. Просто спрашиваю. Выглядишь ты не очень: бледный, под глазами круги. Не спал, что ли, ночью?

— Не спал, — кивнул Рейган.

Очень хотелось выяснить причину его бодрствования, но я сдержалась. А вдруг ей стала какая-нибудь симпатичная светлая чародейка?

В этот момент кабинка вдруг резко качнулась, потом еще раз и еще, зазвенели многочисленные цепи. Судя по шуму, который доносился снаружи, мы собирались вот-вот взлететь. Я сильнее вцепилась в подлокотники и затаила дыхание.

— В первый раз всегда страшно. Потом будет легче, — заверил внимательно наблюдавший за мной Рейган.

— Я больше не хочу летать, — заявила я и судорожно сглотнула, когда кабинку вновь тряхнуло.

Ох, как же страшно зависеть от огромного ящера и не иметь возможности самой влиять на ситуацию! Давно я не ощущала такую беспомощность.

— Не переживай. В кабинке безопасно. Больше риска, если сидишь снаружи.

— А почему ты сегодня тут, а не там? — выдохнула я.

— Орх знает дорогу и мой контроль ему не нужен. Снаружи я летаю, когда мы осматриваем местность в поисках червоточин или животных, которых они отравили.

— А как же ветер, холод и все остальное?

— На все остальное есть специальные защитные заклинания, — пояснил Рейган и неожиданно позвал: — Франческа?

— Что? — выдохнула я, осторожно разжимая пальцы.

— Я не выспался, потому что всю ночь убирал последствия прорыва, — сообщил он, прежде чем снова закрыть глаза.

Внутри снова закопошилась совесть.

— Все так плохо? — едва слышно спросила я.