Навязанная жена короля драконов (СИ)

— Ты снова взялась за старое? — Раздражается Кайрос. На что получает мой шумный вздох."

"— Я… — ой, мне даже это проклятое местоимение дается с трудом.

Тем временем король продолжает:

— Подговорила служанку… Да, и чего я только ожидал от представителя вашего клана? Ты — не моя истинная пара, смирись уже. Перестань играть в эти проклятые игры и пытаться забрать мое внимание. Я — Король, Лиарель. И как у короля у меня есть…

В какой-то момент я просто перестаю улавливать смысл сказанных им слов.

Представитель клана? Истинная пара? Да что он, ради всего святого, несет⁈

Он думает, я тут напоказ мартовскую кошку из себя изображаю что ли? Ну, класс…

— Это не игра, — выдавливаю я кое-как. — Я… мне плохо.

«Да! Ну же! Сделай мне хорошо!» — подначивает внутренний голос. Или это либидо? Фиг их разберешь.

Кайрос окидывает меня таким внимательным взглядом, что у меня аж пульс заходится. Да ешкин кот! Он делает шаг ближе, и я невольно вжимаюсь в стену, чтобы ненароком не наброситься на этого мужика.

А ему хоть бы хны! Все блуждает и блуждает своими этими глазищами, задерживаясь на моих пылающих щеках, на тяжёлом дыхании, на том, как я нервно тереблю подол.

Мне прекрасно известно, как это выглядит со стороны. Словно я специально строю из себя жертву-соблазнительницу. Но, чёрт возьми, я не Лиарель! Я Саша, и я понятия не имею, как справляться с этой безумной тягой ее тела к этому мужчине.

— Плохо? — он выгибает бровь, не скрывая сарказма. — Что-нибудь пооригинальнее придумать времени не хватило? Чему только тебя соклановцы учили. А ведь говорили, что самая сообразительная девица на выданье. Кого мне только Лунные Богини в жены подослали…

Он еще и поиздеваться решил⁈

— Ты, знаешь ли, тоже не подарок! — выпаливаю я, и злость на миг перебивает жар в теле. — Постоянно обвиняешь меня в чем-то. Ведешь себя, как последний… — хочу сказать «кобель», но вовремя осекаюсь, потому что мыслями уношусь в горизонтальную плоскость, где представляю похождения своего супруга. А от этого в моем состоянии только хуже. — В общем — из тебя очень плохой муж! О каком уважении может идти речь, если ты даже не приставил ко мне стражу? Кто-то… что-то подмешал в мой напиток!

Его лицо меняется. Сарказм исчезает, сменяясь чем-то другим — то ли удивлением, то ли подозрением. Он делает ещё шаг, теперь Кайрос совсем близко, и я чувствую тепло его тела, даже не касаясь его. Приехали… Ну только этого мне не хватало.

Чур меня, чур!

— Подмешал? — переспрашивает он, притом таким тоном, опасным, ледяным. — И кто, по-твоему, посмел бы?

— Откуда мне знать? — почти кричу в ответ. — Может, приспешники твоей драгоценной Афелии, которым выгодно нас окончательно рассорить? Может, я вообще скоро умру?

Его глаза темнеют, и я вижу, как его челюсть напрягается.