Навязанная жена короля драконов (СИ)

22

Следы ведут нас в глубину пещер. Кровь монстра поблёскивает в свете сапфиров, словно дорожка из чёрных жемчужин, выложенная прямо в темноте. Красиво… если не знать, что эта «дорожка» ведёт туда же, где чудовище затаилось, чтобы зализать свои раны.

Каждый шаг отзывается гулом в стенах шахты, будто камни сами повторяют за нами: «тук-тук-тук». Я вздрагиваю от каждого звука, оглядываюсь, ловлю себя на мысли, что темнота за спиной будто живая — шепчет, дышит, ждёт момента.

Кайрос идёт впереди. Прямой, как натянутая тетива, плечи расправлены, шаги уверенные. Но я вижу — его левое плечо чуть напряжённее, чем должно быть. Там, где рана. Даже со спины чувствуется, как он сдерживается, чтобы не показать слабости. Король ведь. Ему «положено» быть сильным, даже если силы на исходе.

Я же плетусь едва волоча ноги, кусая губу и стараясь не думать о том, как жжёт бок после удара когтя. Каждый шаг отзывается болью, но жаловаться — значит признаться в беспомощности. А я слишком горда, чтобы дать ему лишний повод упрекнуть меня.

В воздухе парит запах — смесь сырости, железа и гари. Он противно въедается в нос, отчего я нет-нет, морщусь.

И всё же… меня не покидает чувство, что что-то не так.

— Мне кажется, или твоя рана на плече снова открылась? — зачем-то спрашиваю я.

— Молчи и иди, — отрезает Кайрос, демонстрируя всем видом, что обсуждать свои слабости не готов..

— Я серьёзно, — упираюсь я. — У тебя кожа бледнее, чем у призрака.

Он резко оборачивается, глаза сверкают в полумраке.

— Не испытывай мое терпение, оно, итак, на пределе.

Я закатываю глаза. Ну конечно. Мужчинам только дай возможность выглядеть героически — хоть на последнем издыхании будут делать вид, что всё «под контролем».

— Какой ты… грубиян однако! — бурчу я.

Шахта петляет, коридоры сужаются, стены нависают всё теснее. Иногда приходится буквально протискиваться бок о бок, плечо к плечу. Его дыхание рядом — жаркое, тяжёлое, с горьковатым привкусом дыма и металла. Я стараюсь не подавать виду, но сердце всё равно сбивается с ритма. Стоит замереть рядом хоть на мгновение — и внутри всё сжимается. Страх или что-то другое?.. Лучше не думать.

Поэтому я отвлекаю себя на мысли о монстре: интересно, как он прошел здесь? Магия какая-то. Хотя мы же в необычном мире и месте. Полагаю, здесь все возможно.

А спустя, наверное, целую вечность, мы наконец-то находим путь наружу.

Тоннель впереди разрастается в арку, сквозь трещины в потолке пробивается бледный свет. Сначала это кажется миражом — после долгих часов в темноте, глаза не верят, что такое возможно. Воздух меняется — становится прохладнее, свежее, пахнет сырой травой и дождём, а не кровью. Я почти бегу, и когда мы выходим в ущелье, мир словно ударяет в лицо.

Небо. Настоящее. Бесконечное, распахнутое.