Картофельное счастье попаданки (СИ)
— Мужчины по-другому устроены! — кричал мой жених, когда я узнала о его измене. —И тебе всё равно некуда идти! У тебя ничего нет!Так думала и я сама, но всё равно не простила предательство. И потому звонок нотариуса стал для меня неожиданным. Оказалось, что мать, которая бросила меня еще в детстве, оставила мне в наследство дом и участок.Вот только нотариус не сказал, что эта недвижимость находится в другом мире. И теперь я живу в Терезии, и все считают меня ведьмой. Ах, да, на моем огороде растет картофель, но вовсе не для того, чтобы потом готовить из его плодов драники и пюре. Нет, моя матушка посадила его, чтобы из его стеблей и цветов делать ядовитые настойки.И боюсь, мне придется долго объяснять местным жителям, что главное в картофеле — не вершки, а корешки!В тексте есть: бытовое фэнтези, решительная героиня, чужой ребёнок, неожиданное наследство
— Тут немного, но на сладости да карусель хватит. Только прошу вас, мадемуазель, не заблудитесь!
Я едва не расплакалась от умиления. Рут совсем не думала о себе самой! Себя она баловать не привыкла, но хотела побаловать меня.
Но я не стала с ней спорить. Мне и самой было любопытно пройтись по торговым рядам, прицениться к товарам и понять, что еще мы могли бы здесь продавать.
Ярмарка была преимущественно сельскохозяйственной, здесь не было предметов роскоши, а самыми дорогими товарами, должно быть, были лошади, сохи и бороны.
Даже прилавок ювелира смотрелся скромно. Серебряные серьги и кольца с мелкими камушками, бусы из мелкого же жемчуга, медные броши и ожерелья. Правда, золотые украшения у него тоже были, но они лежали отдельно на бархатной подушечке, которую он доставал из-под прилавка по запросу особо взыскательных покупателей. Но таковых находилось немного. Большинство же просто подходили сюда полюбоваться.
В ряду, где торговали тканями, тоже было мало шелков и бархата. Покупатели искали здесь совсем другие полотна — те, из которых можно было сшить простые, подходящие для работы наряды. И даже более дорогие ткани были преимущественно темных, практичных цветов. Похоже, сюда привозили тот товар, который могли позволить себе и горожане неблагородного происхождения, и крестьяне, и мелкие торговцы. А более аристократичная публика на ярмарку, должно быть, не приходила вовсе, предпочитая покупать всё в более крупных городах, а то и в самой столице.
Мне очень хотелось посмотреть на товары магического характера, но ничего подобного в торговых рядах я не нашла. А когда я спросила о них распорядителя ярмарки, он посмотрел на меня с удивлением.
— Это особый товар, барышня. Им полагается торговать в специальных лавках.
И посоветовал мне сходить на улицу Белошвеек в магазинчик месье Рикардо и указал нужное мне направление. Дома в центре города были преимущественно двух и трехэтажные, красивые, фахверковые — белые, с коричневыми балками. Совсем не такие, как на окраинах, через которые мы проезжали. Но ни на одном из них не было вывесок с названием улиц, так что мне пришлось спросить дорогу еще не раз.
Магазин магических товаров находился на первом этаже узкого трехэтажного здания, что было втиснуто между кондитерской «Сдобная пышечка» и ателье «Модные наряды от мадам Ларкинс». Когда я проходила мимо кондитерской, оттуда как раз выходила покупательница, и вместе с ней в распахнутую дверь вырвались запахи ванили, корицы, мяты и свежего хлеба. Это было так восхитительно, что мой желудок требовательно заурчал, и я решила, что после посещения магической лавки должна непременно зайти и сюда.
Месье Рикардо оказался стариком. Он сидел за прилавком на высоком стуле.














