Назад в СССР: 1985. Книга 4

Вот это! Откуда ж оно такое взялось на моем пути? Черт возьми, каких же дров наломал полковник Андрей, что все обернулось именно таким образом?!

Паршин хмыкнул, затем обернулся.

— Сипкин!

— Я! — лениво отозвался мой старый знакомый. — Выдай Савельеву лопату и пусть копает траншею. Десять метров длиной, полтора глубиной. Пока не закончит, не спит. Ты контролируешь. Понял?

— А то! — довольно ухмыльнулся тот.

— Вот и отлично. Будем выбивать из тебя дерьмо! — усмехнулся старлей. — Кстати, привет тебе от моего дяди, подполковника Рыгалова. Помнишь такого?

Да твою-то мать… Опять этот Рыгалов! Чтоб эта собака где-нибудь… Эх! А ведь я его давно уже со счетов скинул, думал, что произошедшее на полигоне в Молькино осталось в прошлом. Как бы не так — прошлое догоняет меня, напоминая о принятых решениях.

— Рыгалов? — я демонстративно хмыкнул. В голосе звенела сталь. — Эта убогая пародия на человека? Которая прикрывается солдатами, считая себя эталоном офицерского состава?

Кажется, я немного перегнул палку. Рука у старлея дрогнула, наверное хотел применить силу… Но всё-таки он сдержался.

— Ну ты… Еще раз проявишь неуважение, лишу тебя и всю вашу шайку суточного рациона! — прошипел он, глядя мне в глаза."

"— Что за беспредел? — Горчаков хотел выйти из строя, но один из лейтенантов шагнул навстречу. На его морде буквально читалось, что они только и ждут, чего-то подобного. Сценарий происходящего был запланирован заранее — это было практически очевидно.

— Сержант, ты ничего не перепутал? — усмехнулся Паршин.

— Виноват! — процедил старшина.

— Вот и отлично! А в качестве наказания, вы лишены ужина!

Это был полный беспредел, творилось что-то невообразимое. Сложно было поверить, что это происходило на самом деле.

Когда все три офицера отошли в сторону, мы собрались вместе, чтобы обсудить произошедшее.

— Ну чо, Савельев! Пошли! — позади меня вдруг раздался голос сержанта Сипкина. Обернулся и впрямь — тот стоял за мной. На глуповатом лице все было понятно… Тупой как пробка, зато гордости и самолюбия выше крыши. Таким в армии хорошо, если ума хватит пристроить свой зад в теплое место. Этот пристроил.

— А не хочу, — ответил я, наблюдая за его реакцией.

— Не дури, Савельев! — надменно произнес здоровяк. — Хуже будет!

— Херня какая-то происходит! — угрюмо пробурчал Горчаков. Настроение у всех было откровенно дерьмовое. Складывалась такая ситуация, что любое предпринятое нами действие могло еще больше ухудшить обстановку.

— Какого черта он лишает нас ужина? — возмутился Денисов. — Разве это вообще возможно?

— Не законно! — ответил я, пытаясь взять себя под контроль. — Но сейчас мы все равно ничего не сможем сделать, без вариантов.

Подошел Генка Иванец — похоже, его тоже прикомандировали.