Назад в ссср 6 (СИ)

Ткнув в раскрасневшуюся физиономию ксивой, я добавил:

— Никто здесь ничего не употребляет. Так что, гражданочка, Спицына не троньте, а то мне вас задержать придется.

Сказал я, а про себя подумал, как же я ее задерживать, если что, буду? Добровольно она явно не сдастся, а женщин бить я не обучен. Придется бобик с ППС-никами вызывать. Вот уж не хочется шум поднимать.

Но Раиса, завидев книжицу с красной оболжкой и фотокарточкой моей не забинтованной, вдруг все осознала и смягчилась:

— Что же вы, товарищ милиционер, сразу не сказали, я ж Веньку чуть не зашибла. Вышло б ни за что.

— Сначала бьешь, — плаксиво прогундел Спицын, потирая вспухшее до чебурашкиных размеров ухо, — а потом разбираешься!

— Ну прости, поросеночек, — сквасила губы бантиком супружница. — Ошибочка вышла…

— Прости в карман не положишь, — оживился Веня. — Завтра с мужиками в баню меня отпустишь. С воблой пойду и пивом!

Глава 9

С Погодиным встретились в “Гангрене”. Местные так окрестили старый и занюханный, но популярный и гостеприимный пивбар в центре города. Злачное место, где вместо салфеток нарезка из серой бумаги, а хамоватые продавщицы пиво не доливают, всегда было переполнено страждущими. А в этом году к бару пристроили еще и веранду со столиками. Мы решили там обсудить дела, но поднявшийся ветер с пылью и редкими холодными каплями загнал нас внутрь самой пивнушки.

Вечер пятницы в самом разгаре. Раскрасневшиеся рожи мужиков отсвечивали сквозь завесу табачного дыма счастливыми улыбками за душевными разговорами. Посетители облепили “стоячие” столики пивного зала, словно виноградины лозу, ну или мухи кое-что.

— Ни хрена себе тут народу, — присвистнул Погодин, брезгливо морщась. — Чувствуешь, чем-то воняет?

— Это же не ресторан, Федя, — улыбнулся я. — Сюда в костюмах не ходят. А пахнет рыбой, перегаром, потом и слесарной спецовкой.

Мы постояли у входа, выждав счастливый момент, когда один из столиков вдруг освободился. Его “постояльцы” — двое очень тепленьких мужичков, судя по пустой таре, приговорили не одну пару кружек и с чистой совестью сползли под стол, пытаясь прикорнуть на затертом до земляного цвета кафеле.

Сердобольные собратья-посетители выволокли мужичков на воздух, привели в чувство похлопываниями по спине и потрясываниями за челюсть и отправили на автопилоте по известному маршруту “пивбар-дом”. Такой маршрут заложен у каждого советского мужика генетически, почти что с рождения. И если ноги не будут слишком мешать идти и предательски заплетаться, то тело рано или поздно доберется из пункта “А” в пункта “Б”. Если, конечно, по пути не повстречается патруль ППС, “воронок” которого курсирует лишь в пункт “В” — вытрезвитель.

Мы поспешили занять освободившийся столик.