Не брак, а так

Никаких поздравлений, цветов, подарков и романтичного ужина на двоих при свечах. Алиса вообще забыла об этом дне, ей напомнили вечером.

Пашка.

— Привет, сестренка! — начал он как ни в чем ни бывало. — Ну что, с годовщиной тебя и Герыча. Как он там? Живой?

— Спасибо, конечно, — от удивления Алиса не сразу пришла в себя. — Не ожидала… все нормально… насколько это вообще возможно. А… ты как?

С братом она общалась последний раз в день нападения на ее мужа. Потом короткими смсками, а потом… потом стало не до Пашки.

Герман вышел из комы и закрутилось…

— Да ниче так, учусь типа, — страдальчески вздохнул брат.

— Как в тюрьме… одна радость, отец часто в командировки мотается, без него легче.

Алиса как никто понимала Пашку и не осуждала его чувства.

— Слышал, вы скоро возвращаетесь, да? Ну как там в Швейцарии? Посмотрела страну?

— Паш! Ну какое тут путешествие?! — Алиса глянула на часы, через десять минут у Германа заканчиваются занятия с ортопедом, через час — следующие процедуры. Ее жизнь расписана по минутам. — Как ты себе это представляешь? Герман тут один, а я…

— Он не один, с ним куча врачей, — перебил брат. — Я тут как узнал, какие бабки это все стоит, офонарел.

Но главное, чтобы на пользу шло. Литвиновы богатые буратины, так что…

Как бы Алиса не была тронута вниманием брата (никто из родственников не поздравил их с годовщиной, даже родители), разговор становился неприятным.

— Паш, спасибо, что позвонил, но мне пора…

— Подожди! — непривычно резко осадил ее брат. — Короче, я как бы в долгу у твоего мужа, он мне двести косарей кинул, пока ты там кудахтала. А я не люблю в долгах ходить…

— Какие двести? Погоди, так ты у Германа попросил? — Алисе понадобилось время, чтобы вспомнить ту историю.

— Но когда? Как успел?

— Это неважно, — отмахнулся Пашка. — Короче, сестренка, мой тебе совет: сидите себе в Швейцарии как можно дольше, а лучше на ПМЖ там оставайтесь. Не надо вам возвращаться домой скоро.

— Ничего не поняла! — Алиса так и села, не глядя, на кровать. — Почему? У нас курс заканчивается через две недели, мы и так… да ты хоть знаешь, сколько…

— Знаю, я же сказал! — снова перебил сестру Пашка. — Ну найти что подешевле, лучше где-нибудь в Мексике или Австралии. Не надо вам возвращаться. Просто поверь! И никому не говори, ясно? Никому!

Внутри все похолодело.

Звучало даже не как предостережение, а как угроза.

— Паш! Что происходит?

— Ничего… не могу говорить… меньше знаешь, крепче спишь. Гере привет! Он хоть понимает, что ему говорят?

И отключился, не услышав даже ответ.

Вот уже не думала Алиса, что ее можно еще чем-то удивить! Главное, сейчас успокоиться, чтобы Герман не догадался, когда ее увидит. Он не просто понимал, что происходит вокруг, Алисе казалось, что только теперь он по-настоящему стал понимать.