Не борись со мной, малышка

— Чур, я на ней катаюсь первым! — Больно шлепает по ягодицам усатый. — После ваших болтов в бабах свободно как в тоннеле. — Он распахивает дверцу и приглашающе кланяется.

— Нет, не надо… — Я изо всех сил упираюсь. — Пожалуйста, нет… — Как видела в одном ролике по самообороне, сажусь на асфальт и крепко обнимаю колени руками.

— Бляха, ты серьезно?! — рычит трезвый.

— Стасян, неси ее! — командует усатый.

И в тот же момент меня подхватывают на руки.

О том, что будет дальше, не могу даже думать. Паника накрывает с головой, парализуя руки и ноги. Все, на что я способна — мысленно молиться и кричать… во все горло, одно слово:

— Помогите!

За это тут же получаю шлепок пониже спины и грязную руку на губах, закрывающую мой рот.

«Теперь точно все», — осознание накрывает меня, будто глухой, непроницаемый купол.

«Колобок бегал, бегал и добегался», — вспоминается Пашин пересказ любимой сказки.

В отчаянии я резко дергаюсь всем телом. Всхлипываю со слезами. А в следующий момент вижу, как усатый поднимается в воздух и уверенно таранит лбом стену.

— Что? — удивленно озирается трезвый.

Готовый драться, он сжимает руки в кулаки. Зло сплевывает на землю. Но, несмотря на всю готовность, тоже улетает в стену.

— Да кто ты, блядь, такой? — удивленно хрипит третий, спуская меня на землю. — Чего прячешься?

Этот гад пятится назад, пытаясь выманить соперника поближе к свету. И в тот же момент стена, как огромный магнит, притягивает его голову."

"Это все похоже на какое-то чудо. Досрочный визит Деда Мороза. За прошедшие годы я убедилась, что ни его, ни добрых чудес не существует. А сейчас снова готова поверить в сказку.

— Спасибо. — Трясясь от холода и страха, я вытираю слезы. Сузив глаза, пытаюсь рассмотреть своего спасителя.

Как назло модный уличный фонарь светит прямо в лицо. Слепит до зайчиков перед глазами. Но с первыми словами этого метателя голов все проясняется и без картинки.

— Ну и спрос на тебя, сладкая!

От бархатного голоса по коже бегут мурашки.

— Ты? — На улице плюс десять, а мне становится жарко, как в кровати с одной неутомимой мускулистой грелкой.

— Даже на день нельзя оставить.

Рыкнув контуженым что-то на матерном, майор подходит ко мне. По-хозяйски поправляет платье. И укутывает мое дрожащее замерзшее тельце в свою огромную теплую куртку.

Глава 11

Весь вечер я бегала от него как полоумная, а сейчас даже не дергаюсь. Стою, прижавшись лицом к груди, вдыхаю терпкий мужской запах и потихоньку прихожу в себя.

— Мужик, ну ты и борзый, — тряся головой, говорит один из моих обидчиков.

— В спасателя решил поиграть? — стонет второй.

— Да ты… Да тебя… — пытается что-то сказать третий.

Всей бандой они поднимаются с земли, поправляют одежду и вроде как готовятся напасть.