Не бывшая жена миллионера

Никита пребольно стискивает мою руку, защёлкиваясь на запястье словно наручниками.

– Что, моего внимания тебе уже не достаточно?

Он спрашивает меня с какой-то горечью в голосе и внутри меня поднимается фонтан негодования. Хочется сказать какую-то колкость, уязвить это воспалённое самолюбие, но я покорно замолкаю.

– Я ещё раз прошу тебя о благоразумии, Вероника, хоть и понимаю, что это – не твой конёк.

– Я тебе уже сказала, что ничего не было!

Отчитываться мне не за что, но почему-то я продолжаю это делать. Упрямо мотаю головой, пытаясь достучаться до этого напыщенного болвана, возомнившего себя моим мужем.

Видимо, память даёт о себе знать, и наш брак с Антоновым не прошёл даром для моего внутреннего состояния. Укрепил меня изнутри, но не переделал полностью, и я снова введусь на эту уловку. Нервно облизываю губу, выдыхая:

– Я не вешалась на Артура. Мы просто разговаривали.

– О чём можно говорить с прислугой? С парнем, которого ты видишь впервые?

– О цветах! Я разговаривала с садовником о цветах!"

"Голос предательски срывается, переходя на хриплые нотки отчаяния. Руки трясутся от неоправданного обвинения Никиты, и я быстро пытаюсь успокоиться, обхватывая себя за плечи.

Он неожиданно затихает. Проводит по моему лицу нежным взглядом, как бы лаская. Заключает в свои объятия. Я хаотично провожу ладонями по мускулистой спине, опускаясь к талии, и утыкаюсь носом в яростно вздымающуюся грудь.

– Ох, прости, мышка. Сам не знаю, что на меня нашло.

Поднимаю глаза, встречаясь с его до боли родным взглядом. Совсем как тогда, во время нашей семейной жизни. Хочется обвить руками его шею и страстно поцеловать. Помириться, чтобы ничего не омрачало наш брак.

Но я поспешно отшатываюсь. Разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов, подходя к окну. Незаметно для Антонова пребольно щипаю себя за тонкую кожу запястья, пытаясь отрезвить голову. Стереть ненужную информацию из памяти, не дающую мне дышать спокойно одним воздухом рядом с этим мужчиной. Бывшим, между прочим.

Говорю чуть отстранённо:

– Во сколько ужин?

– Нам уже пора. Собирайся. Надень то синее платье, которое я видел. Оно идеально подойдёт для ужина.

Киваю, решая не спорить. В конце концов, Никита – мой работодатель. Именно он и заказывает, в чём должна быть одета его липовая супруга, чью роль мне приходится исправно играть.

– Что ты скажешь Ямамото?

– Я не обязан перед ним отчитываться.

– Но он хотел, чтобы ты меня как-то наказал.

– Меня не интересуют его эротические фантазии.

Не бывший муж нервно дёргает плечом, накидывая на плечи пиджак из тёмно-синей ткани. Меня словно обдают ледяной водой – Никита снова закрылся, став сухим и вежливым. Официальным.

Я нервно поджимаю губы.