Не дружи со мной

С пляжа мы ушли, ни разу не обернувшись на брошенные белые лежаки. Торопливо шагали по влажному песку, на котором отпечатывались наши следы.

* * *Если знаете, что ваш друг пошел на романтическое свидание с кем-то, не начинаете ли вы в этот момент невольно напоминать о себе: звонить, писать эсэмэски, чтобы друг обратил на вас внимание?

Да, конечно.

Нет, это неправильно.

И сколько бы Долгих по пути к дому Полины не убеждал себя, что происходящее просто какое-то минутное помешательство, но отрицать взыгравшую ревность он уже не мог. Когда Паша увидел в клубе Полю рядом с Буравиным, в груди его тотчас же поселилась разъедающая тоска.

Теперь, поглядывая сбоку на идущую рядом Ковалеву, Паша не мог скрыть радости, что до дома провожает ее именно он, а не Герман. Подруга что-то весело рассказывала, а Паше так хотелось взять ее за руку, но он сдержался. Это было бы странно, учитывая, что Полина встречается с его приятелем.

С шумной многолюдной набережной Полина и Паша свернули в тихий переулок. Шум аттракционов и громкая музыка остались позади.

– Хорошо провели время, – сказал Долгих, вспоминая, как они с Полей плясали на старом шезлонге. Ковалева всегда поддерживала его в самых странных начинаниях. Как-то раз, гуляя по городу с Ульяной Шацкой, Паша пытался и ее развести на похожую авантюру. В первый жаркий день лета присоединиться к флешмобу в центре города. Тогда парни и девушки, устроив внеплановый День Нептуна, плясали около большой поливальной машины. Но серьезная и правильная Ульяна веселья других не разделила. Паша помнил, как Шацкая сразу встала в позу, скрестив руки на груди, и укоризненно покачала головой. «Детский сад!» – вздохнула тогда Уля…

– Хорошо, да, – согласно кивнула Полина, – нужно чаще вместе куда-нибудь выбираться, друг.

– Разумеется, друг.

Дойдя до ворот дома Ковалевых, Паша, на секунду замешкавшись, все-таки взял Полю за руку.

– Ты чего? – прошептала Полина.

– Ничего, – так же шепотом ответил Паша, напомнив себе, что Ковалева – девушка несвободная.

Долгих выдохнул, поднял голову и уставился на спрятавшийся в листве фонарь.

– Спокойной ночи, Паша! – улыбнувшись, сказала Поля. Порывисто обняла парня.

– Спокойной ночи, – уткнувшись в макушку подруги, улыбнулся в ответ Долгих. Выпускать девушку из объятий совсем не хотелось.

– Спишемся, – первой отстранилась Полина, – пока!

Перед тем как скрыться за калиткой, Поля помахала рукой. Оставшись один, Паша еще некоторое время постоял напротив ворот, держа руки в карманах. Парень продолжал улыбаться. Как его снова угораздило влипнуть? Думал, что эта школьная симпатия давно похоронена под толщей подростковых комплексов и недосказанности. Это же Ковалева – Жан-Поль, Полли – лучший друг.