(Не) курортный роман (СИ)

Стеф пытается брыкаться и протестовать. Залечивает мне что-то про неприлично, некрасиво и так нельзя. Я не слушаю. Заваливаю ее на кровать. Наваливаюсь сверху и зацеловываю. Везде, куда могу дотянуться. Стягиваю халат, избавляюсь от штанов. Даю волю своей эротической фантазии, которая вытворяет с ней все, что утром Карамелька мне вытворить не дала…

Беру по полной! Долго, не нежно и со вкусом. До хрипов, криков, истошных вздохов и полного бессилия. Люблю ее во всех возможных позах. Довожу до сногсшибательной разрядки. Сам развалившись на куски от накрывшего бешеного оргазма. Залюбливаю до такой степени, что первое, что слышу от Карамельки “после”:

– Нам нужно… пойти в зал…

Я скатываюсь с нее, заваливаясь рядом. На постель. Хриплю:

– Зачем это?

– У нас слишком много лишней энергии.

– И что?

– Она мешает нам работать!

– Чушь. Бред. Фигня!

– Нам нужно ее сбросить.

– Я знаю другой прекрасный способ вместо убийственного тягания железа, Карамелька.

– Знаю я твои способы, – фыркает мое облачко. – Мы уже стерли все, что можно и нельзя. До костей!

– Неправда. Там еще, – хватаю ее за попу, – все нормально. Туда мы еще не добрались…

– И не надейся! – хохочет Стеф, отползая от меня по кровати. – Надо собираться. У нас тридцать минут! Кстати, Сереж…

– М-м-м?

– А мы всегда предохраняемся?

Хороший вопрос. А главное, своевременный. Совершенно не по-взрослому, конечно, но рядом с Ростовцевой мозги отшибает напрочь, и я частенько забываю об элементарных вещах. Контрацепции, например. Башкой вполне понимаю, к каким это может привести “последствиям”. Но, честно говоря, они меня ни разу не пугают. У меня в голове уже все решено. Разложено по полочкам. И расписано по годам. Я буду очень не против, если через семь с небольшим лет наш ребенок пойдет в первый класс. Самонадеянно и эгоистично? Вероятно. Но какой есть. Поэтому все, что я делаю в ответ на этот вопрос, – тяну:

– Ну-у-у…

И затыкаюсь, заваливаясь головой на подушку. Карамелька подскакивает на постели и таращит на меня глаза:

– Что значит “ну-у-у”?

– Было пару раз. Без презервативов.

– И-и-и?

– Что “и”?

– Мы же… не же… ты же не устроил мне залет, да? Скажи, что не устроил!

– Это мы узнаем примерно недели через три-четыре, – улыбаюсь.

Ростовцева зеленеет, бледнеет и тут же багровеет. Рычит испуганно:

– Сережа, не шути так! – требует, заехав мне кулаком в плечо. – Мы не можем стать родителями! – жмется к краю кровати, кутаясь в покрывало. – Не можем, – повторяет, как в бреду.

– Почему? – пожимаю я плечами. – Почему нет?

– Да потому… – хватает ртом воздух девчонка, – потому что это нужно обсуждать! К этому нужно готовиться! Морально. И физически. А еще… – пыхтит, – еще мы даже не женаты.